Вверх Вниз
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Форум "Жизнь на воде"


Автор Тема: Тикси - Нижний Новгород  (Прочитано 398 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Тикси - Нижний Новгород
« : 26 Октябрь 2017, 14:59:45 »
Меня иногда спрашивают, а с чего это вдруг я стал ходить в походы на лодке, что такое произошло в жизни, что заставило так заболеть этой идеей? Я даю почитать это повествование Александра Казанцева, которого уже нет в живых и я даже не знаю, живо ли его судно, хотя бывал в Нижнем Новгороде не раз, пытаясь разыскать легендарное плавсредство.
Представляю описание этого грандиозного похода:
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Navionics

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #1 : 26 Октябрь 2017, 15:01:18 »
Тикси –Волга
Date: Fri, 12 Mar 2004 09:47:40 +0300


Написано три года назад.        

Несколько слов о себе.
К своим сорока четырем годам, прожитым на этом свете и сединам, могу добавить не много. Александр Македонский сказал: "Мне двадцать три, а я еще ничего не сделал".

Родился на Сахалине, в маленьком рыбацком поселке, где все пропахло морем. Где каждый мальчишка, играя в брошенной на берегу шлюпке, мнил себя капитаном.

Но в одиннадцать лет родители увезли меня в Нижний Новгород, который в те времена был Горьким и море осталось только в мечтах и в воспоминаниях, о тех днях, когда Крестный отец брал летом на каникулах в море. Подговорив несколько друзей в 1972 году отправился в прекрасный город Таллинн поступать в мореходное училище МТФ, от куда еще абитуриентом был отчислен в числе многих нарушителей режима. Попыток поступать в морские училища больше не делал, захватила другая стихия - таежная. И начал я работать в экспедициях. Сначала в Илимской, Ангарской под Усть-Илимом. В республики Саха -Якутии работал в Шестой экспедиции, а в последствии в Чаро-Токинской.

В 1980 году жизнь со мной опять пошутила, мне захотелось на полярную станцию. Сказано-сделано и семь лет успешно, на сколько могу судить работаю в Тиксинском Управлении Гидрометслужбы, в качестве механика полярной станции "Столб". Отзимовав этот не долгий срок, я к счастью у местного населения научился очень многому, главное выживать в самых тяжелых климатических условиях. В последующем работая в Тиксинской "Гидробазе" ММФ в должности механика лоцмейстерского отряда, участвовал в санно-тракторных поездах по льдам моря Лаптевых, устанавливали и ремонтировали маяки и знаки.

Летние отпуска, я уже не мог проводить без приключений и постоянно отправлялся куда- либо, то из Тикси в Кюсюр пешком с друзьями, чтобы посмотреть на не заходящее тундровое солнце и помотать сопли на рукав в Арктическое лето. Отправился из Оленька в сорока пяти суточную одиночку в низ по реке к морю. Участвовал в геоботанической экспедиции по реке Ундюлюнг. И это, к сожалению далеко не полный перечень того, за что меня женщины не любят и почему я не создал крепкую семью, скажу честно я пытался создать, но к сожалению не удачно какая жена вытерпит такого мужа. Если двадцати летний сын от единственного брака меня мало понимает, но это скорей относится к проблеме "Отцы и Дети".

С 1990 года по рекомендации оганера \ старика \ Слепцова Василия Василевича, был зачислен в штат Северного отряда
"Тиксинский" по охране охотфонда, старшим охотоведом и опять пришлось учиться, по большому счету что делать я никогда не прекращал. Перипетии реорганизаций закончились созданием Мин Экологии, удача подарила мне возможность работать в прекрасном коллективе Тиксинских экологов, в должности старшего государственного инспектора. Создавая в Якутии поисково-спасательную службу МЧС РФ Кирилин Прокоп Прокопыч и его заместитель Николин Евгений Георгиевич, обратились ко мне с просьбой создать в Тикси поисково-спасательный отряд. И вот опять пришлось учиться, спасателю требуется масса знаний. Теперь я еще и водолаз, и альпинист, даже пришлось вспомнить увлечения юности - парашют.

Постоянная учеба дала возможность стать не только начальником отряда, но и спасателям первого класса. Это дало возможность единственным спасателем вылететь в Южно-Сахалинск по землетрясению в Нефтегорске. Также участвовал в первом Всероссийском семинаре по "Выживанию и Самоспасению", где выступил с двухчасовым сообщением.

Как известно из географии, Тикси стоит на берегу моря Лаптевых, и опять детские мечты не дали мне спокойно жить. Купив списанный спасательный бот, начинал его ремонтировать, переоборудовать, и приспосабливать для длительных переходов. Но не только работа с железом и деревом делают настоящего моряка, моряка делают знания, а тут без учебы не как не обойтись и снова приходиться садиться за книги \ все- таки водки меньше выпито. Шесть лет подготовки принесли свои плоды: материальная часть, тренировочные походы и учеба, дали возможность начать эту не совсем простую экспедицию. По материалам которой, у меня есть большая мечта, сделать не большую работу по теме "Выживания в экстремальных условиях в различных социальных группах". Конечно мечта, но дай Бог, чтобы она когда-либо была осуществлена.

Написал, конечно много, но прошу из меня не делать супермена, я просто человек, просто житель нашей Республики, со своими проблемами и к сожалению, с очень большими недостатками. Первые, которые возникают из написанного, это отсутствия скромности и самокритичности. Да еще по словам друзей я не в меру эгоистичен и очень ленив.
Писать просто, родился - женился и т.д. считаю просто не очень серьезно.

С Уважением А. Казанцев.
« Последнее редактирование: 26 Октябрь 2017, 22:23:24 от Кормщик »
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #2 : 26 Октябрь 2017, 15:02:27 »
На Северном полюсе, могу вас заверить, нет ничего, что могло бы удивить человека, кроме не заходящего летом солнца - те же льдины, что и тысячу километров отсюда, тот же снег, те же темные полыньи, я там был, я видел. Но шли туда: Скотт, Нансен, Седов.

А ты не хочешь преодолеть не только пургу, холод, усталость, ты не хочешь себя, свою слабость, лень, привязанность к своему четвероногому другу - дивану, на котором ты смотришь теле ящик, какие крутые ребята есть на свете, и завидуешь им. Все-таки круто быть участником ралли Париж-Дакар, или участником парусной регаты через три океана вокруг света. Здорово, правда? А ты лежишь на диване, погряз в мелких делишках, если задуматься, тебе не нужных.

А в это время страну Ермака, Семена Дежнева, Атласова, Крузенштерна, Петра I и многих других, кто своими деяниями способствовал прорастанию России, растаскивает мелкое и крупное жулье и как растаскивает с упоением.
Хочется спросить: Россия-матушка, сколько можно терпеть? Или для нас, Россия, ты стала мачехой?  А ответ, наверное, в нас самих. Просто мы забыли, что мы - люди, великая национальная общность и есть Россия. И оказались мы в положении Ивана, не помнящего своего родства. А что мы помним, кроме цен в магазине, и кого какие крутые тачки?

Прошел почти незаметно фильм Ермак. Но каждый выходной многие смотрят сериалы Кусто и только дивятся: Ох, как здорово, ох как красиво. Но в нашей стране, в нашей России не менее здорово, не менее красиво и кто мешает нам это увидеть, отправившись в путь.
Великий восточный философ Кей-Кавус сказал:  .... полнота удовольствия и услада от богатства этого мира в том, чтобы повидать невиданное и поесть ранее не еденное и найти ранее не найденное, а это возможность только путешествии. Люди, путешествующие и повидавшие мир, опытны, удачливы и мудры, так как они видели невиданное и слышали не слышанное.
Когда-то я задал себе вопрос, чем я хуже вас, казаки-первопроходцы, что не смогу сделать того, что сделали вы и ответить себе: Да, не смогу собрать ясак, принести в казну речку, остров, пролив...

Но я смогу пройти вашими путями и показать людям (тем, кто захочет увидеть), что Россия жива своими людьми и на колени ее не поставить и россияне думают не только о рубле (вернее об американском долларе), они помнят, что они и есть Россия. Скажите, где в какой стране человек будет погонять путника, чтобы помочь ему, а я другой такой страны не знаю.

Пройдя с сотоварищами четыре тысячи километров по Якутии и Иркутской области, я с полной уверенностью могу сказать, как бы на Руси тяжело ни жилось, люди не забыли о взаимопомощи и всегда готовы поделиться последним...

Наша экспедиция называется 200 дней по путям российских первопроходцев и это символично - около двухсот лет россияне двигались по великим просторам Сибири, пока не достигли низовья реки Лены. Вот здесь, в море Лаптевых, где хаживали Дмитрий и Харитон Лаптевы, Прончищевы, Анжу, Эдуард Толль, Норденшельд и будущий адмирал Колчак, недалеко от места, где покоится на дне морском знаменитая шхуна Заря, в арктическом поселке Тикси, в одном из умирающих северных портов и начать наш путь.

Собрались на кухне единомышленники, долго спорили и решили - что просто дожидаться райской куш капитализма занятие бесперспективное, а годы уходят безвозвратно и историю мы знаем слабо, да и посмотреть самим все хочется... Вот и решили мы на этот дальний не легкий путь. Сначала было пять человек, но по мере подготовки, то один, то другой по разной причине отказался. Не прилетел по непонятным причинам телеоператор, хотя до последнего момента рвался в экспедицию.

Возник вопрос о средствах: что-то собрали из своих скудных финансов (задержка заработной платы до шести месяцев), бросили в Тикси клич, на который откликнулись - полярная станция Дунай. Тиксинский Гидрометр, Гидробаза. Значит люди поверили в нас, наши цели признали не сугубо личными, и теперь стыдно не выполнить взятые на себя обязательства. Заехали на мотобот Маленький 23 мая, он стоял на биостанции Лена-Норденшельд , на границе Усть-Ленского заповедника. Конец мая в Арктике - это даже еще не весна - мороз десять градусов, пурга. Но постепенно, по мере приближения Ленского ледохода начинает теплеть и таять. Летят высоко стаи диких гусей, заснеженные сопки при появлении солнца быстро темнеют.

Седьмого июня пошел ледоход, это зрелище, которое невозможно описать достаточно грандиозно и красиво. Лед толщиной до 2-х с половиной метров движется по протоке со скоростью 15 км в час, льдины весом каждая по несколько тысяч тонн, лезут друг на друга, ломаются, крошатся, во силища! Растет уровень воды, там, где мы стоим, он поднялся на восемь с половиной метров и до неузнаваемости изменил очертания берегов. Сразу вместе с водой прилетели птицы: чайки, утки, гаги, кулики. И не так одиноко стало паре белых куропаток, что постоянно жили около бота, тундра сразу ожила своим многоголосием. Но нам некогда долго любоваться ледоходом, ни редким обилием птиц - мы заняты подготовкой к предстоящему плаванию. Каждый день по 10-12 часов профилактика узлов и агрегатов и укладка имущества. Экспедиция все же - тяжелая каждодневная работа.

Наконец пошел разреженный ледоход, и 12 июня мы трогаемся в путь вверх по Быковской протоке дельты реки Лена. Но надо зайти на полярную станцию Сагылах-Ары за топливом, заготовить оленину, рыбу, все это по Трофимовской протоке в низовьях дельты.

Выдержка из судового журнала от 16 июня 1998года.

19ч.00мин.                       Двигаясь вниз по Большой Трофимовской протоке, уперлись в хвост ледохода, лед 10 балов. Повернули обратно       
                                       до протоки в озеро на заготовку рыбы.

19ч.35мин.                      Швартовка в берег.

22ч.00мин.                      Ужин. На протоке ледоход до 8 баллов (80% воды, покрытые льдом), идут поля 100 на 200 метров и мелко битый
                                      лед.

23ч.40мин.                      Ударом льда судно развернуто лагом (бортом) к берегу, в корпусе имеются вмятины.

Здесь надо сказать несколько слов о нашем мотоботе Маленьком. Он действительно маленький не только по названию, но и по размерам, всего восемь с половиной метров в длину и 2,60 шириной. Но все, как на больших теплоходах - от рубки до выполнения требований Уставов. Сделан он из морского спасательного бота и своих мореходных качеств не потерял, но тяжело ему досталось в плавающих льдах. Несколько раз ледоход догонял нас, и приходилось непросто, иногда даже и жутковато. Но Бог милостив. И через неделю ледового плавания на морском краю дельты реки Лена мы в полном топливе идем вверх.

Прошли место высадки в дельте, после гибели шхуны Жаннета Джорджа Вашингтона Де Лонга и его товарищей. В 1882 году и при свежем северо-восточном ветре выхожу к острову Америка-Хая (Хая по-якутски - гора), место их погребения, вернее, бывшего погребения. В 1949году американцы вывезли останки своих сограждан и похоронили с почестями на Орликонском кладбище. Американцы пытались пройти северным морским путем, а что делали наши мальчики в Чечне и почему мы не можем их похоронить, и что принесла нам чеченская война?

Двигаясь вверх по Лене, постоянно вспоминаешь наших первопроходцев. Вот остров Тас-Ары, здесь в 1883 году, не дойдя до моря, зимовал доктор Бунге - организатор первой отечественной полярной станции на острове Сагастыр в низовьях дельты. Вот бывшее селение Булун, а при нем совсем не бывшее кладбище и покоится здесь прах промышленника Санникова. Все читали книгу или смотрели
фильм земля Санникова, а ее искали на протяжении двух веков. Искали и барон Эдуард Толль и Александр Колчак еще в начале нашего века.

За кормой уже 780 км. И мы подходим к Северному полярному кругу, к наслегу Жиганск, место плотбища, т.е. строительства и ремонта кочей перед выходом в низовья реки Лена. Здесь в 1649-1650г. зимовал Тимофей Булдаков с сотоварищами и речку, впадающую в Лену, назвали Стрекаловской, наверное, они.

Выдержка из судового журнала от 28 июня 1998года.

10ч.10мин.                      Дымка, ветер север до 20 метров в секунду, волна лагом более двух метров.
10ч.30мин.                      Волной положены на левый борт, крен 90 градусов в течение трех секунд. Все незакрепленное по штормовому сместилось на левый борт, статический крен превысил 30 градусов. Самым малым ходом уходим вниз по течению в поисках убежища, двигатель завоздушил наружный контур, температура 105.
10ч.50мин.                      Встали на отмель, приводим судно в порядок.
12ч.10мин.                      Статический крен 10 градусов на левый борт, уходим в протоку от шторма.

А какого было казакам - первопроходцам на их кочах чуть больше нашего   Маленького, мы идем по известным путям, они шли первыми.
Устье реки Вилюй, входим в зону высокого атмосферного давления, и погода сразу стала меняться.

Выдержка из судового журнала от 07 июля 1998года.
03ч.25мин прошли 1225 км
03ч 30мин Гроза, ливень, видимость 50 - 70 метров, температура плюс 18, ветер северо-восток, порывы до 10 метров.
06ч 50мин. Прошли 1245 км

Ливни нас преследовали неделю, ночью ливни, днем жара и слепни. Такое
количество слепней я не видел никогда, в нашей рубке, и без того тесной, их
умещалось сразу несколько сот штук. Раз в несколько секунд слепни попадают под лопасти вентиляторов и разлетаются на куски.
По правому берегу открываются Сангары-город шахтеров. Шахтерам никто не платил, и они не работают, живут своим хозяйством и рыбалкой. Указами
президента даже республика Саха сытым не будешь.
А на судне нет уже неделю хлеба и курева, что делать - идем в коммерческий магазин и совершаем неравнозначный обмен - несколько больших красивых муксунов
на три булки хлеба и на десять пачек курева курево, конечно гадость, но привычка ...
Впереди правый приток реки Лены -Алдан, а мы после села Ботомая оказались на берегу на одну треть корпуса. Вахта на минуту отвлеклась, и мы три часа
кормим слепней и комаров, крутим ручку лебедки.
От устья Алдана вверх по течению в 1646 году Иван Москвин через речки Мая и улью достиг Охотского моря. Позже все груза на Охотское море
доставлялись этим путем.

Выдержка из судового журнала от 09 июля 1998года.
20ч.00мин. Прошли 1615 км
21ч. 00мин. Кончились топливо в обоих танках (баках), работаем на отстое.
21ч.30 мин. Подошли к танкеру ТО-1646, залили четыре ведра дизельного топлива.
21ч.45 мин. Идем вверх.

Скупые строки журнала не сказали, что до Якутска осталось 30 км, и что топлива мы залили за три муксуна, да еще просили с нас бутылку, хотя мы объяснили
кто мы, откуда и куда идем...
9 июля мы прибыли в город Якутск, в затон Путейский, где планировали простоять 5-6 дней.
Город Якутск основан в 1632 году казачьим сотником Петром Бекетовым на левом берегу реки Лены. В прекрасной долине Туймаада. Якутский острог почти три
сотни лет оставался опорным пунктом по освоению северо-восточной Сибири и Дальнего востока. В нем бывали проездом адмирал Путятин и писатель Гончаров по
пути из Японии в 1856 году, адмирал Невельской, осваивая устье реки Амур, перевозил свои грузы тоже через Якутск. В городе стоит реконструированный острог,
прекрасный краеведческий музей. В столице, как грибы растут банки и другие конторы сомнительной надобности, а люди до сих пор. Чуть в стороне от центра,
живут в домах. Которые весной заливает - если только по колено- это терпимо...
Якутск - лето и непросто лето, температура за 30 градусов. Женщины с голыми ногами, в легких кофточках, в Тикси этого не увидишь, разве только по
телевизору. Здесь много друзей: спасатели - коллеги по работе, парашютисты по увлечениям, туристы по странствиям, водники - спортсмены, капитаны судов.
Радостные встречи, теплые вечера, разговоры до утра. А родная контора не дает деньги, а время уходит, а время, что высота в парашютном прыжке -
невосполнимо. Занимаемся ремонтом, покраской и вообще всем тем, без чего судно не может существовать.
Наконец, испортив в конторе до конца отношения, и получив частично отпускные, 10 августа начинаем движение вверх. Закупаем оптом продукты до Усть-Кута.
Какая глупость, что не на все деньги! Но кто знал, что рубль упадет и грядет финансовый кризис.
Из Якутска уходим вдвоем - бот и яхта под бортом. Друзья решили проводить нас до Исита - это триста километров. Бот работает двигателем, а яхта, если
есть ветер, парусами. Наш экипаж удвоился, да и вообще, пора рассказать о нас. Зовут меня Александр Казанцев, мне сорок с небольшим, работаю, или уже
работал начальником Тиксинского арктического поисково-спасательного отряда МЧС России. Что еще?  Спасатель первого класса, холост, альпинист, парашютист,
водолаз, вот, вроде, и все недостатки.
Абрамов Александр- океанолог, специалист, по ледовым прогнозам, турист.
В Якутске в экспедицию влились Наталья Александровна Пешкичева - речник с двадцатипятилетним стажем, туристка, мастер спорта по мотокроссу.
Курсант Якутского речного училища Виктор Булдаков - человек, который вышеперечисленных недостатков не имеет, но имеет массу достоинств, он никогда не
ждет, когда ему дадут работу, он просит ее сам, чем меня, капитана, ставит часто в затруднения, из которых, впрочем, я всегда с достоинством выхожу.
На яхте веселая компания, постоянно ходим друг к другу в гости. Но все веселое когда-то кончается и надо расставаться.

Выдержка из судового журнала от 15 августа 1998года.
16ч.00мин                Стоянка на якоре.
17ч 09мин.   Снялись с якоря. Закончена буксировка яхты Викинг.
17 ч 15 мин     Полный ход. 1955 км.
« Последнее редактирование: 26 Октябрь 2017, 22:28:40 от Кормщик »
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #3 : 26 Октябрь 2017, 15:03:47 »
Судовая жизнь строго регламентирована: четыре часа вахта - восемь часов отдых. Опять вахта, потом подвахта и судовые работы. Идем круглосуточно, проходим
по 170-180 км, мимо разваливающихся совхозов, не рентабельных лесхозов, мимо застывшего в затонах Ленского флота.
По левому берегу открывается Чечунский волок Подволошино. Где с Нижней Тунгуски в 1624 году пришел на Лену промышленный человек Пенда. Это первое
свидетельство о посещении реки Лена россиянином.
Выше Якутска по утрам нас стали преследовать туманы.

Выдержка из судового журнала: 22.08.98г.
04час.00 мин.          Прошли 2737 км.
06час.40 мин.           Потеря ориентации, туман;
.06час. 50 мин.         Посадка на мель (берег);
06час.55 мин.           Снятие с мели, постановка на якорь.

Река Лена постепенно ссужается и мелеет, если конечно идешь снизу и мыслишь шириной 5 км и глубиной 30 метров, то в устье реки Витим ширина 600 метров и
глубина 2 метра. Нам становится тесно. Ширина фарватера 60 метров и один поворот реки переходит в другой, берега высокие, скалистые. Движение более
интенсивное, тут не зевай, а то создашь опасную обстановку. А у нас даже на этот участок лоцманской карты не было. Спрашивали у проходящих судов, может
быть, у кого есть запасная. Вдруг нас догоняет мотолодка, в ней семья и привозят лоцию. Узнали, что мы ищем, не поленились, не пожалели бензин, 15 км нас
догоняли. Нашей благодарности не было предела, рассказали об экспедиции, выпили на палубе кофе и дальше в путь, увозя с собой самые добрые воспоминания.
Все же Россия жива, жива своими людьми, а не тем видеотелеужасом, что мы видим ежедневно с экранов телевизоров.
Возникает вопрос, ну ладно, продукты купили, а где брали топливо для дизеля? Просто, когда появлялась необходимость, спрашивали у проходящих судов.
Рассказывали, кто мы, откуда и куда идем и практически не знали отказа. Были случаи, когда, узнав нас, а слух о нас шел впереди нас, экипажи судов
интересовались экспедицией и предлагали помощь, даже предлагали буксировку вверх, от которой мы сразу отказывались, чем, наверное, завоевали к себе
маленькое, но уважение. Все-таки, на таком маленьком судне мы прошли почти      4 тысячи км от Тикси до Усть-Кута.
Здесь, по реке Кута в 1628 году вверх, с перевалкой на реку Илим, прошел казак Василий Бугор.
Усть-Кутский порт: пустые стенки причалов, но полны затоны судов и лихтеров. Флот стоит не от грузов, а значит, нет денег, нет производства, нет северного
завоза. Господи, дожились! В парламенте до декабря дебаты о северном завозе, а навигация заканчивается в Арктике в начале октября.
В полдень, 9 сентября, погрузились на КАМАЗ и за одну ночь оказались в другом речном бассейне -  Енисейском. Совхоз Березняковский встретил нас обилием
народа на полях, как объяснил потом директор, есть еще и приезжие. По поселку никто не болтается, все в поле, прямо оазис социализма, во всем чувствуется
рука крепкого руководителя. После обеда кран спустил Маленький с КАМАЗа на урез воды, предстоял еще ремонт пятки руля. И вот через два дня мотобот
закачался в водах реки Илим, и мы имеем ход вниз. Мимо Старой Игирмы над погибшим по-нашему (даже слов нет одни выражения) ... лесу. Усть-Илимское
водохранилище - столько леса затоплено, что по неволе задашь себе вопрос: Почему так бедно живём? И получаем ответ: Да у нас всего завалялась, здесь
завалялось, тут валяется. Вот и живем в завале.
Впрочем, 14 сентября с опозданием в сорок дней экспедиция все же прибыла в Усть-Илим и отшвартовалась в городском яхт-клубе.
Я в семидесятых годах работал в Усть-Илиме - город кипел. Туда- сюда сновали тяжело груженые машины, а сейчас стоят основы бетонных заводов и какая-то
умиротворенность над городом. Посерели краски, обшарпались кирпичи, заметно меньше стало молодежи. Да я и сам уже не тот восторженный мальчик, который с
совковой лопатой бросился в 16 лет строить социализм, боялся опоздать.
Может, жизнь обошлась с городом так же, как и со мной. И все же я с началом экспедиции начал в своей жизни новый отчет и думаю, что Город снова будет нам
приветливо улыбаться и хмурые озабоченные лица скоро исчезнут. Наверное, скажите, что я неисправимый оптимист, но я в это верю, потому что я верю в Россию,
верю в Российский народ.
Как везде в Усть-Илиме отправился в Администрацию поставить печать в Экспедиционной книге и за одно попросить помощи в перевозке через ГЭС на Ангару.
Нам посоветовали обратится в Гидротехотряд к Калнышу Владимиру Оттовичу. Мы так и поступили и на следующий день мы уже стояли под краном ниже ГЭС. Но в
воду рано, надо ремонтировать пятку руля, а для этого нужна аргоновая сварка. Надо посетить могилу своего отца, а это дело святое.
Экспедиция уменьшилась в составе, из Усть-Кута выехал на учебу курсант Виктор Булдоков, то в Усть-Илиме сославшись на семейные обстоятельства, уехал
Александр Абрамов.
Не прошло и пол дня стоянки в Гидротехотряде, как приехали наши тиксинцы, Поповы Юрий Иванович и Тамара Ивановна, они долго работали в Тикси, а теперь
живут в Усть-Илиме. Очень радостная встреча, то и дело вспоминали общих знакомых, друзей. Они привезли нам в подарок со своей дачи овощи, варения, чем нас
здорово поддержали. Перевозка Усть-Кут - Березниково съела и без того не большие наши финансы. Спасибо России за то, что есть такие люди как Поповы.

Выдержка из судового журнала:
17.09.98.        Подготовка к ремонту пятки руля и линии вала Абрамов А.А. выехал с судна с вещами для следования в Тикси.
23.09.98.       Ремонт линии вала.
30.09.98.       Ремонт пятка руля.

Гидротехотряд или сейчас АРГО встретил нас как своих, через неделю стоянки мы всех знали, знали и нас. В отряде много речников с Лены, почему-то с
Алексеевки. Как не встреча, так воспоминания о якутском Речном училище, о пароходах, о навигации. Чувствуется, что люди в душе тоскуют по Большой
Навигации. Спасибо Канышу Владимиру Оттовичу и Романову Николай Ивановичу они заботились о Маленьком как о собственном судне.
Наконец первого октября Юра сварщик по аргону закончил сварку пятки руля, и мы при помощи крана и крановщика Валерия Сергеевича закачались в водах Ангары.
Можно вниз, но нет для нас гарантированной глубины, и мы решаем ждать попутного каравана вниз хотя бы до Кежмы. После ремонта двигателя в Кежму должен
отправится теплоход ЛС-78, и мы решаем следовать за ним в кильватере. Осадка у нас примерно одинаковая, а значит, меньше вероятности сесть на камни в
шиверах.  Пока грузится ЛС -78 мы получили денежный перевод и закупили продуктов до Енисейска.
Несколько слов о маршруте экспедиции: как вы поняли, наш путь лежит с низовьев реки Лена до реки Кута, перевозка на реку Илим, по Усть-Илимскому
водохранилищу до Усть-Илима, далее вниз по Ангаре, Енисею, до Карского моря и по Северному Морскому пути через Карское, Баренцево, Белое моря до города
Беломорск. Где мы попадем в Беломоро-Балтийскую систему, в последствии в Волго-Балт и мать рек России - Волгу. С Волги в свое время пошел в Сибирь Тимофей
Ермак с сотоварищами.

Выдержка из судового журнала: 09.10.98г.
15ч.30мин. Запуск главного двигателя.
15ч.55мин. Отход вниз.

Идем средним ходом, включаем эхолот, который на плёсах показывает приличную глубину от 3 до 8 метров, но в шиверах все упорно стремится к нулю. Сквозь
прозрачную воду видим в шиверах плиты, камни, но Бог милостив, да и вехи по-видимому брошены удачно, идем чисто. В Нижне-Кеульской шивере стоит затопленный
дебаркадер (пробился) хоть мы и понимаем, что шивера это не низовья реки Лена со своими глубинами и шириной, но наглядный пример это наглядный пример
.....
Ночуем под бортом ЛС-78, а в 9 утра....

Выдержка из судового журнала: 10.10.98г
07ч.10мин                Запуск главного двигателя
08ч.55мин.              Отход вниз
09ч.20мин.              Потерян ход
09ч.50мин.              Буксировка КС-100
10ч.30мин.               Буксировка в составе

Потерян ход, ничего худшего пока не случилось, но необходим крановый подъем, и мы тащимся в хвосте каравана до Кежмы, где ….

Выдержка из судового журнала: 13.10.98г
08ч. 00мин.             Ремонт линии вала (бронза накипела на вал)
13ч 40мин.              Ремонтные работы закончены, вал вращается свободно.

Ожидания крановщика
А крановщик один и кран один, а мы за работу предложить не чего не можем, вот и ждём, когда он приедет грузить доской баржи. Ждем, а время убегает
незаметно, но неумолимо
. О, господи, если бы так грузили хоть в одном порту, то докеры умерли бы с голоду. Стою под дождем, смотрю, как медленно и безобразно проходит погрузка.
И горько, и смешно: смешно смотреть на это копание под дождем, а горько, что это россияне, которые и блоху подковать могут. Но все же мы на воде и сразу
уходим вниз от Кежмы, протянувшейся одной улицей вдоль Ангары, поселок умирает - все же зона затопления Кодинской ГЭС. Но ее обещали построить двадцать
лет назад и двадцать лет жить на чемоданах сложно...
Впереди Игреньковская шивера, много нас пугали ею, но она обставлена вехами и проходим мы ее, как положено: нет ни удара, ни касания. На ночь встаем на
якорь на 598 км от устья Ангары перед шиверой Сенькино.
Ночью мороз, на палубе снег, но это привычно еще по Арктике. Утром, мы, снявшись с якоря, идем вниз.
Интересно, как без лодочных моторов, на веслах и шестах поднимали вверх по реке казаки свой груз до 50 пудов на человека, как проходили шиверы и пороги,
сколько пота было пролито на этом нелегком пути, да сколько безызвестных могил по берегам?
Ветер постепенно усиливается, на улице не теплеет и на палубе и леерах появляется первый лед, но мы, не спеша, идем вниз.

Выдержка из судового журнала: 15.10.98г..
10час.15 мин.           Прошли Недокуры.
12час.20 мин.           Прошли 565-й км.
13час.20 мин.  При проходе Аплинского порога утерян винт (потерян ход), пробоин нет.
14час.24мин.            Откачка воды трюмным насосом, стоим на якоре на 555-ом км.
18час.00 мин.           Подошел ТР-19 с наливными баржами
.
Строки судового журнала не могут отразить ни эмоций, ни переживаний, а их хватило на этот день с лихвой.
Подход к Аплинскому порогу - широкий плес с несколькими островами, постепенно сжимаемый сопками, заканчивающийся двумя скалистыми мысами, между которыми
и находится подводная гряда порога. Из нашей невысокой рубки видим кипящую на камнях и плитах воду и не видим ни буев, ни вех. Около часа разглядываем
порог, барражируя выше его. Нашли нечто похожее на буи: правого берега - красный и левого берега - белый. Пытаемся подойти ближе убедиться в том, что
видим, течение подхватывает бот и немилосердно бросает на камни. Несколько секунд грохота и. слышно, как без нагрузки работает двигатель, а это значит, что
винт остался в пороге. Включаем трюмный насос, но воды в трюме немного. Течение, плавно покачивая бот, относит его от порога, и на 555-ом км мы бросаем
якорь. Стоим на якоре, ждем улучшения погоды и обсуждаем возникшую ситуацию, а наше положение аховое: мы потеряли винт и перо руля, значит, мы лишены
возможности двигаться и управляться. Идти вниз без хода опасно: шивера и пороги, а вверх невозможно. До ближайшего жилья 50 км, на улице мороз, скоро будет
вставать река... Но чудо свершилось, и бог смилостивился к нам. Из-за снежного заряда показался ЛС ТР-19 с двумя наливными баржами, идущий вверх, через
час мы стоим у них под бортом. Капитан ТР-19 Виктор Иванович милостиво согласился взять нас под буксировку в караван, и рано утром 16 октября мы начали
наше скорбное движение вверх, к Усть-Илиму, где и были через четыре дня.
Утром 21 октября техотряд приветствовал нас все также дружелюбно, улыбаясь, люди успокаивали и поддерживали нас, говоря, что, дойдя до Аплинского порога,
мы всех удивили, многие думали, что пройдем гораздо меньше.
Ну вот Маленький поставлен на зимовку, и мы отправляемся по домам стоя дальнейшие планы. Теперь за зимние месяцы надо многое обдумать. Обобщить весь
материал, собранный за навигационные месяцы. Написать и опубликовать отчет, постараться найти минимальные средства для продолжения начатого дела, найти
новый винт и т.д., и т.п. В общем, много работы, но без нее не будет продолжения, а оно должно быть. Ведь как оказалось нужна не только нам участникам, она
нужна россиянам. Да она нужна вам Василий Васильевич Слебцов, вам Владимир Викторович Булгаков, вам Виктор и Людмила Безрукова. Вам попов Юрий Иванович и
вам Алик-Джан, вам Владимир Оттович. Вам Николай Иванович и вам Валерий Сергеевич... И надеюсь вообще нам россиянам всем вместе. Нам всем, наверное, не
хватает понимания, что мы и есть великая Россия. Нам не хватает державности, ох, сколько нам не хватает... Англия свое имперство достигла несколько раньше
нас, но смогла при плохой игре сохранить собственное достоинство. А мы, россияне, разве не можем, или мы хотим оказаться рынком сбыта для промышленных
гигантов, которые отправляют нам товары для колониальных стран. Наверное, не хотим, я думаю ни один россиянин этого не хочет.
Купцы и промышленники всегда были самые прагматичные люди, во все времена, именно они собирали экспедиции для утверждения державнности Российской. Именно они снаряжали Ермака, снаряжали Седова, и именно к ним вопрос ваши товары должны продаваться в России или товары Америки, а может быть Китая. Вы скажете, что законодательство дрянь, что правительство... что Госдума сегодня выдумает на завтра забудет, а при Петре Алексеевиче вы бы это сказали? Наверное, нет.
Он нес на своих плечах нашу державность, он нес на них славу Российскому флоту. Стогоновым, Демидовым им было в России легко? Когда голова могла в любой
момент оказаться на плахе, не думаю, что им было легко.  Но Стороговы, Демидовы, чьи имена до нас не занесла история, или я их плохо знаю, они именно они
снаряжали экспедиции, оно именно оно отправляли Беринга, Челюскина, Чирикова. Они заботились о нашей державности.
А сейчас по России работают десятки экспедиций, то Английские, то Итальянские или Немецкий ледокол в центральном секторе Арктике. Что они здесь делают?
Исследуют. Исследуют наши земли с чисто экономическими целями. А не боитесь ли вы Строгановы, Демидовы, что эти экспедиции могут перерасти в экспансию,
пускай даже и экономическую. А я боюсь. Я знаю, как безобидную ботанику можно увязать с поисками стратегического сырья. Я знаю, как при радио локации
перелета пернатых можно засечь информацию, совсем не относящуюся к гнездованию.
Внимательный читатель скажет начал про репу кончил, про ананас. Думаю, что тот же снисходительный читатель простит мне сие вольности в повествовании,
ибо радею я не о собственном кармане, как сказал Верещагин в Белом солнце в пустыне   За державу обидно.


Никогда не будет попутного ветра, пока не поставишь парус.
Чтобы узнать, что такое Россия нынешняя, нужно непременно по ней проездиться самому. Слухам не верьте никаким. Верно, только то, что еще никогда не было
в России такого необыкновенного разнообразия и несходства во мнениях и верованиях всех людей, никогда еще различия образования и воспитания не отталкивало так друг от друга всех и не производило такого разлада во всем. Сквозь все это проносится дух сплетней, пустых поверхностных выводов, глупейших слухов,
односторонних и ничтожных заключений. Все это сбило и спутало до того у каждого его мнение о России, что решительно нельзя верить никому. Нужно самому
узнавать, нужно проездить по России.
Гоголь Н.В. 20 глава Выборных мест из переписки с друзьями 1845г.

На календаре конец апреля, а за окнами вагона мелькает вековая тайга с серыми подтаявшими сугробами. Пассажиры поезда Москва-Усть-Илимск   уже
истомились и собрали свои нехитрые пожитки скоро конечная станция Коропчанка, то есть и Усть-Илимск.
Но мне спешить некуда, поезд прибывает в двадцать два тридцать, а добираться в Гидротехотряд до поселка Неван далеко, и я остаюсь в вагоне ночевать, о чем предварительно договорился с проводниками.
С непомерно тяжелым рюкзаком, по легкому утреннему морозцу, придя на вокзал, беру машину, хотя плата за проезд — это половина моего бюджета, да Бог с ними,
с деньгами, скорее бы добраться до места.
Пока ходил здороваться с Калнышем Владимиром Оттовичем, по  Гидротехотряду  пронеслась новость -  Тикси приехал . Все - таки здорово, когда тебя встречают улыбающиеся лица старых знакомых. После непродолжительной неофициальной части отправляюсь на дебаркадер к Каюму таджику, живущему в Усть - илиме болие двадцати лет, на постой.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #4 : 26 Октябрь 2017, 15:12:50 »
Вот и снова я в Усть-Илимске, а значит, продолжается экспедиция по путям Российских первопроходцев.
К великому моему огорчению, наш Маленький ограблен, разбито боковое стекло в рубке, утащили бинокль и пиротехнику, но это все же минимальный ущерб, могло быть и хуже. Будни начались сразу с поиска саней для вывозки судна со склада на берег. Вообще-то, ремонт дело скучное и хлопотное, а писать вроде не о чем, но все же... в пошедшем году мы в Аплинском пороге потеряли часть киля, перо руля, винт и все это надо восстановить. Но тут началась самая обыкновенная чехарда - Вася дома, Пети нет или все наоборот... С большими потугами и очень медленно наше дело начало продвигаться. Долго искали винт, и все же нашли, правда, и шаг больше и диаметр, а что делать, если другого нет. Токарь Дима молодой грамотный парень, но имеется у него очень небольшой недостаток, за ним надо постоянно ходить, чуть отвернешься - он исчез. Все это затягивало работу, но, к сожалению, платить нечем и только на уговорах и убеждении делается вся работа. На что живу месяц? Слава Богу, люди помогают и помогают не нищему, а ровному понимая в основном для чего и почему мы идем, в этой экспедиции. Скажу больше, голодным не бываю, правда, с куревом проблема, но без проблем не было бы интереса. Несколько раз делал с ребятами шабашки, хоть не много, но зарабатывал. Тридцатого мая, когда я уже отчаялся, приехала Наталья Артемьевна, мой старший помощник, и привезла с собой, а вернее, приехал с ней механик Сергей. Ох, если бы я знал какой он механик, сразу же отослал его обратно. Человек, который хочет и старается, при этом ничего не
умеет, но имеет собственное мнение обо всем, в чем не понимает, а вдобавок, очень неаккуратен и не только в работе. Довольно о недостатках, все же еще одни руки.
В начале июня основную работу по винту и валу сделали, дело встало за ремонтом киля, а это аргоная сварка и, как оказалось, по аргону есть только один специалист - Юра Картунок, который варил нам пятку руля в прошлом году. В общем, почти месяц я бегал к нему. Он постоянно занят работой, семьёй, и это не удивительно специалисты везде в цене, Юрий с полной ответственностью за верил нас, что работы, не обходимые по судну он сделает. И выполнил их как нельзя лучше.
Очень точно охарактеризовал Роал Амундсен материальную часть организации экспедиции.  Только материально не обеспеченный исследователь может
себе представить, какие громадные препятствия выпадают на долю всех исследователей, сколько им приходится расточать времени и трудов, чтобы выжимать деньги на экспедиции. Бесконечные промедления, унижения, которым подвергается их самолюбие, и даже честь при изыскании средств, составляет трагедию жизни исследователя.
В общем, два с половиной месяца я пробегал, организовывая ремонт из ничего, имея только собственное красноречие, и рассчитывая только на добрую и
бескорыстную помощь Россиян. Под конец всех работ я ко всем нашим проблемам повредил ногу, от госпитализации отказался, и месяц с лишним не имел
возможности двигаться дальше палубы собственного теплохода.
Ну, вот, наконец и ремонтные работы закончены и, в середине июля восьмидесяти тонный кран бережно опустил Маленький в холодную, и прозрачную воду реки
Ангара. Ангара - это бурятское название верховьев реки, которая первопроходцам была известна как Верхняя Тунгуска.  На нашем теплоходе остались небольшие
работы по оснастки и ходовые испытания, которые мы с успехом провели за три дня. И все же пора отходить, а продуктов к нашему глубокому сожалению на
судне всего на три дня. Всю помощь, которую оказывали нашей экспедиции в Годротехотряде продуктами, мы как не прискорбно, но съели за время ремонта.
Стою на причале и с грустью прощаюсь с Каюмом, с Алексеем++. Вдруг подходят два парня моего возраста с вопросом: Ты, Кусто?  Ну, не Кусто...
В общем, разговорились, расспросили меня - откуда и куда. Посмотрели экспедиционную книгу, сделали запись в разделе отзывов, оказали финансовую помощь, которую, в общем-то, мы уже не ожидали, и получить, и как вовремя эта помощь была оказана.... Артемьевна тут же уехала закупать продукты, а мы, от души
поблагодарив нежданных спонсоров нашей экспедиции и, распрощавшись с ними, перешли на судне к причалу К-100, к нашему общему другу Романову Николаю
Иванович. Участие, которого в наших экспедиционных заботах было более чем искреннее, попрощавшись с бывшим Ленским капитаном, и снарядить судно морским компасом мы отходим на рейд для последних проверок готовности. Вечер встретили на рейде в ожидании т-х 30 лет БГС, чтобы идти за ним до села Кежма. С утра плотный туман покрыл Ангару. Стоим на рейде Усть-Илима в сплошном тумане, который плотным одеялом покрыл Ангару. Странно, сквозь туман видны солнце и сопки на берегу, а по воде и на пять метров не видно не чего. С обеда туман начал потихоньку рассеиваться, стали появляться очертания берегов - вот и лодочная станция, Гидротехотряд, громада плотины, мост. Вроде все на своих положенных местах, грустно покидать насиженные места, но особенно грустно расставаться с людьми и уходить из Усть-Илима, где все стало очень привычным, а самое  грустное, что,   приходится расставаться с людьми которые сделали для нашей экспедиции, так много.
Выдержка из судового журнала от 16.07.99
В 6.00 неисправность главного двигателя устранена (туман).
15.58 снялись с якоря, имеем ход вниз, 815 км до устья Ангары.
16.25 проливной дождь.
18.30 встали на якорь, в ожидании БГС-30, 790 км.
21.30 следуем за караваном (туман).
23.40 швартовка к БГС-30, 763 км.
Договорившись с капитаном теплохода 30 лет БГС о том, что мы будем ждать их перед шиверой Медвежья, снимаемся с якоря и уходим вниз, начиная отсчитывать километры навигации 1999 года. Проходя Невонскую сопку, за которой скрывается город, мы попали в проливной дождь не долгий, но по-видимому счастливый - на дорожку.  Во второй половине дня встали на якорь в ожидании БГС 30 у острова Верхний Каменный. Погода прекрасная, солнце, легкий ветерок... Мимо поднимается белый бурун - вниз на рыбалку спешит катера КС-100; люди узнают нас, приветствуют. Вечером опять упал туман, но уже не такой плотный. Теплоход, который мы ждали, появился из-за острова в девять часов вечера и мы, снявшись с якоря, пошли за ним вниз по течению.
На буксире БГС 30 тянет три баржи: на одной из них стоит автокран, который служит нам маяком, когда река плотно покрывается туманом.
Идем за баржами до вечера и, уже в полной темноте, и встаем вместе с караваном к причалу, в нижней Кеульской шивере. Ночь темная и теплая, но на палубе показаться невозможно - тучи комаров безжалостно бросаются на тебя, уши горят от их укусов. Но все равно не обращая внимания на гнус собираемся с командирами на спардеке, сидим, разговариваем и по немножко выпиваем... С утра ранний подъем не кому ничего не принес - на реке опять туман, и мы стоим, дожидаясь отхода каравана. Над рекой тучи, но далеко не дождевые, а комаров и мошки...
Простояли до обеда, и только туман начал рассеиваться тронулись вниз через перекат Березовский (одно из самых трудно проходимых мест на этом участке реки Ангара) к селению Едорма, где проходит граница Иркутской области и Красноярского края. Здесь кончается такое не совсем географическое понятие как Приилимье, о чем стоит рассказать отдельно. Поставив к причалу две баржи и взяв на короткий буксир баржу с автокраном БГС 30 вышел к перекату ниже селения Едорма, чтобы поднять со дна реки джип, затонувший прошедшей зимой, провалившись под лед, к сожалению, погибли люди... Четкие действия экипажа теплохода и через два часа автомобиль уже на борту баржи, и БГС 30 идет в Кеуль...
А у нас к сожалению свои проблемы - затапливает ахтерпик, не обходима постоянно электроэнергия для откачки воды, но вышла из строя бортовая электростанция. Мы ремонтируемся, но вода поступает, и мы принимаем вынужденное решение встать под борт буксировщика, и он доводит нас, после маневров у Кеуля и Паново, до Кежмы. где наш теплоход снова, как в прошлом году, поднимают на берег. Ремонт по заделке водотечи занял два дня (ждали пока затвердеет цемент). Вот снова мы на воде и теперь наш маршрут лежит к Аплинскому порогу, но сделать прошлогоднюю ошибку по его прохождению, уже недопустимо, и мы вынуждены ждать попутного судна до Каднинской заимки.
Два дня ожидания дало нам возможность идти вниз за караваном, который поведет буксир Т-06.
Выдержка из судового журнала от 23.07.99
В 5.00 подъем, запуск ГД (прогрев), температура воздуха 15 гр., вода 19 гр., туман, видимость 50 метров.
7.00 туман, видимость 300 м.
10.40 туман рассеялся, температура воздуха 26 гр.
11.22 отход вниз 635 км.
12.00 легли в дрейф, пропускаем караван, проливной дождь.
15.35 прошли 590 км.
16.15 прошли с.Недокуры.
18.40 прошли Аплинский порог 555 км.
20.00 прошли шиверу Гороховая, 540 км.
21.30 встали к Т-06, стоящему на якоре.
Утро отхода из Кежмы выдалось более чем туманное, мы стоим у борта Т-06 и ждем. улучшения видимости…. Только в одиннадцать часов дня мы,
дождавшись прояснения, отходим вслед за караваном вниз по Ангаре.
Проходя прошлогодним маршрутом вниз от Кежмы, мы имеем возможность обозревать окрестности. Река Ангара здесь сжата сопками, которые покрыты
вековой тайгой, где-то местами выгоревшей от бесконечных лесных пожаров, но выглядит она очень привлекательно. К сожалению, не только пожары потревожили
тайгу, но и люди за последние годы постарались вырубить сотни тысяч кубометров леса...
Аплинский порог проходим, видимые караваном, по вешкам, которые огораживают фарватер от подводных гряд и плит. Вокруг на бешеном течении кипит вода,
теплоход бросает с борта на борт, постоянно сбивая с намеченного пути, секунды напряжения, и вот мы уже в нижнем течении. От радости кричим Ура! ,
пройден один из самых сложных участков на Ангаре, но впереди еще не одна шивера и целых два порога.
О господи, какой я наивный был, когда думал, что Аплинский порог самое сложное, что предстоит пройти на этой реке, через час мы проходили шиверу Гороховская и управлять судном, которое со скоростью до тридцать километров в час маневрирует между подводными камнями, не менее сложно, чем на пороге.
Ниже по течению реки судовой ход проходит не просто вдоль берега, в метре - двух, а совсем рядом, в камнях, буквально, ревет взбешенная Ангара.
При подходе к Коднинской ГЭС, уровень воды скрывает от судоводителей даже отдельные острова и фарватер проходит по середине реки.
Строительство Коднинской ГЭС началось еще в семидесятые годы и до сих пор не закончено, да и будет ли когда закончено никто, по-видимому, не
знает...
Перед нами в очередном сужении реки показалась невысокая плотина, насыпанная из разно великих глыб и утрамбованного щебня. Рядом мол,
отгораживающий судоходный участок от прорана (места сброса воды). Вертикально поднимающиеся ворота шлюза дают возможность спуститься в нижний бьеф. Разница между верхними и нижними бьефами всего три метра.
Выдержка из судового журнала от 25.07.99
8.27 запуск ГД (прогрев), подготовка к шлюзованию.
10.15 постановка в шлюз с плотом. (141,5 м.Балтийской системы).
10.40 вышли из шлюза. (138,5 Балтийской системы). Имеем ход в низ.
16.26 прошли п.Тагора, 435 км.
14.06 прошли шиверу Брянская.
14.26 разошлись с т/х ТР-19, идущим вверх.
17.10 прошли Мурский порог.
19.00 прошли 375км.
22.26 встали на якорь у шиверы Овсянка (темное время).
В восемь утра подъем и скоро наш Маленький за плотом заходит в шлюз. Шлюзовая камера длиной около ста метров, а шириной метров восемь. Ощущение,
когда находишься внутри ее, достаточно гнетущее, высокие вертикальные стены со следами ржавчины и не большой кусочек голубого неба...
Выйдя из шлюза, вслед за плотом, мы обошли его и судовым ходом начали осторожно продвигаться вниз. Ниже ГЭС берега Ангары изменились: сопки
стали более пологие, течение более слабое, но поселки, более ухоженные... Плавное течение реки довольно, быстро приносит нас к реке Мура, где перед самым
порогом мы встречаем теплоход ТР-19, идущего вверх с баржами. Капитан буксира Маркевияч Виктор Иванович прошлый год помог нам после аварии на Аплинском
пороге, вернуться в Усть-Илим. Сейчас он пожелал нам счастливого пути и подсказал, как пройти Мурский порог. Судовой ход проходит вплотную у левого
скалистого берега, куда мы и направляем свое судно. Проходя Мурский порог, вспоминается одна историческая версия, по которой адмирал Александр Колчак
затопил под порогом 500 тонн Российского золота, чтобы оно не досталось большевикам. Эта версия никем не опровергнута, так же как и не подтверждена, но
доподлинно известно, что в Мурском монастыре останавливался Верховный правитель всей России.
На ночь встали у шиверы Овсянка, к сожалению, пока нет возможности идти ночью, мы находимся гораздо южнее полярного круга.
Утром ранний подъем и уже через час мы проходим мимо города Богучаны, уютно расположившемся на левом берегу реки и утопающий в зелени.
Выдержка из судового журнала от 26.07.99
7.00 подъем, запуск ГД, имеем ход вниз.
11.55 разошлись левым бортом с т/х Ангара-12.
14.25 прошли 220 км.
14.40 на горе Каменка лесной пожар, на русле реки дым, видимость до 100 м.
15.50 прошли шиверы Шунтарскую, Рыбальную. 200 км до устья Ангары.
19.50 разошлись левым бортом с т/х Путеец-109, нам пожелали счастливого пути.
22.50 постановка на якорь, ниже с.Мотыгино. За день пройдено 240 км.
Рядом с фарватером реки красивейшая гора Каменка и, к сожалению, на ее склоне пожар; жалко, что пропадает такая красота, но, по-видимому, мы люди что имеем не храним, потерявши - плачем. Река покрылась дымом и это затруднило наше движение; включили ходовые огни и сбавили ход. На поверхность воды летит пепел, на берегу видны языки пламени и даже через шум двигателя и воды, слышен треск горящего дерева, это очень неприятно, хотя мы и находимся в безопасности, но все же не телевизор. Но все проходит, и мы прошли мимо горящей горы Каменка (на Руси Каменкой часто называют печку; мы, конечно, не рассчитывали, что она будет так жарко топиться). Спускаясь, дальше по Ангаре встречаем теплоход Путеец    109. Расходясь с нами в узкости, капитан вышел на радиосвязь, с пристрастием расспросил нас, куда и от куда мы идем, искренне позавидовал нам и пожелал счастливого пути. Всегда очень приятно встретить на пути людей, которым наши взгляды не безразличны, и кто разделяет наши суждения.
К вечеру доходим до селения Мотыгино, до устья Ангары остается всего сто километров. К этому селению уже имеют возможность подняться более крупные
суда, более тех, что мы встречали выше по течению, да и само движение стало более интенсивным.
С рассвета наш экипаж снова в работе, к сожалению, на судне возникли технические неисправности, которые пришлось устранять в течение двух часов.
Погода с утра пасмурная, и теплая, но мелкий дождь не приносит большой радости, от созерцания окрестностей, хотя проходим мимо красивейших мест и
постоянно с глухой тоской, сожалеем о том, что с нами на судне нет телеоператора. С правого берега открывается мыс, на котором стоит высокая стела,
выполненная с высоким художественным вкусом, (на мой взгляд) она гармонично вписывается в окружающий пейзаж.
Плавно бегут воды нижней Ангары, они потеряли свою стремительность пока только на плесах, а в шиверах, хотя река и стала шире и глубже, идти все-таки очень сложно и опасно. Проходя шиверу, Муражный Бык, неожиданно встречаемся с караваном, идущим вверх, приходится выполнять среди камней сложный маневр по пропуску
каравана. Пропустив в сложных условиях караван, мы поняли, что расслабляться рано, и ближе к вечеру, подойдя к Алешкиной шивере, сложной по конфигурации и
большой по протяженности, мы не решились проходить сходу и стали ждать попутное судно. Простояв около шести часов и не дождавшись ни одного попутного
теплохода, решили подняться вверх к карьеру, что выходит в реке Ангара (у города Нижнеангарск, в котором добывают олово со дна реки). Удивительно было
видеть в реке карьер - уникальное сооружение, вот только это уникальное дело, в которое вложены наши с вами деньги, почти не выдает продукции по причине
отсутствия настоящего хозяина и не кормит работников.
У теплохода Путейский 113 пришвартовались и пытались у капитана выяснить, как лучше пройти шиверу, но, увы, судоводитель не только пьян, но и,
по-видимому, забыл все свои обязанности по обеспечению безопасности судоходства на своем участке реки...
Выдержка из судового журнала от 28.07.99.
7.20 облачность 10 баллов, дождь, температура воздуха 17 гр.
12.50 вниз прошел Путейский-117, на связь не вышел.
14.05 отход вниз к ходовым створам, шивера Алешкина.
14.45 постановка к створам номер 37 в ожидании проходящего судна. (Визуальный осмотр шиверы).
17.24 отход вниз.
17.31 прошли шиверы 35 км.
19.10 постановка к плоту, плохо работает наружный водяной контур, 18 км до устья Ангары.

На следующее утро ввиду того, что старая лоция, которая была у нас, не соответствует судовому ходу, пришлось идти осматривать с берега
фарватер, который изменил свой ход. В результате, уйти вниз через шиверу удалось только под вечер и пришлось встать к плоту, не доходя до Стрелковского
порога, последнего порога на Ангаре...  Туман, с утра, стало созерцать уже привычно и мы, не спеша, завтракаем ягодами, которые вчера набрала около ведра
Наталья Артемьевна, и пьем травяной чай. Через полчаса после отхода от плота, подходим к Стрелковскому порогу, самому красивому порогу на Ангаре. В
судовождении он больших трудностей не представляет, и мы можем сравнительно спокойно рассмотреть гигантские камни, преграждающие русло, это Караульный,
Разбойник, Боец. И вот последний порог позади, а вместе с ним и река Ангара, коварная красавица, которая сбежала от своего Батюшки Байкала к добру молодцу
Енесею.
Наконец, мы проходим первый буй на участке устья Ангары - устья Подкаменной Тунгуски. Водный поток сразу изменился, стал не просто полноводным, но
и более спокойным. Успокоилась Ангара красавица в объятиях доброго молодца Енисея. Не мелькают острые камни, не бурлит вода+.
Судовой ход на реке Енисее обставлен на удивление хорошо, такого мы не видели со времен верхней Лены - красота. Управлять судном стало спокойней и
безопасней, и скором времени мы были, у левого берега, где на сорок километров протянулся город Лесосибирск, который еще до семьдесят восьмого года был
группой деревень. Теперь в городе три ЛДК (лесо-древесный комбинат), на которых начали устанавливать импортное оборудование и, слава Богу, скоро
перестанут торговать бревном, будут продавать готовую продукцию.
Ребята сходили на почту, в расчете получить перевод, но только хотели, а, к сожалению, не получили...
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #5 : 26 Октябрь 2017, 15:34:59 »
В это время к Маленькому подъехали на катере представители Красноярского комитета по экологии и Красноярская транспортная инспекция.
Первоначально их отношение было, я бы определил, пожалуй, как агрессивное, но как только узнали, откуда мы и куда идем, сразу сменилось на очень и очень доброжелательное. Долго ребята сидели, расспрашивали нас о маршруте, рассказывали о Енисее, надавали массу адресов вниз по реке и попросили постоять до
десяти утра, чтобы успеть привезти местное телевидение. Правда, утром ТВ не приехало, по-видимому, что-то не получилось. Очень жаль, нам бы очень хотелось,
чтобы о нашей экспедиции знало больше людей, ведь цель экспедиции рассказать людям о мире нас окружающем и как его осваивали наши предки...
Выдержка из судового журнала от 30.07.99.
10.30 отход вниз.
11.35 швартовка к ТР-18.
12.46 прошли 60 км по лоции от устья Ангары до устья Подкаменной Тунгуски, температура воздуха 22 гр., ветер северо-запад до 10 м/с, обл. 10 баллов.
13.00 швартовка в затоне Путейский (обслуживание аккумуляторов).
17.25 отход вниз.
18.25 швартовка в берег города Енисейск.
20.30 отход вниз 80 км.
23.05 прошли 125 км.
Отойдя от берега, не прощаемся с Лесосибирском, нам идти вдоль него еще тридцать километров, где он плавно переходит в Новоенисейск. Здесь мы увидели
Усть-Илимское судно ТР-18, которое обогнало нас в Кежме. Недолгое прощание с последним Ангарским экипажем навеяло грусть - неужели больше никогда нам не
удастся бывать в водах красивой, но коварной Ангары...
Двухкилометровое русло реки окружают невысокие холмы, поросшие березняком, сосной, а кое-где и лиственницей. К обеду заходим в затон Енисейского технического участка пути. Наши намерения: проверить лоцию (карту) Енисея, подаренную нам еще в Тикси, и обслужить аккумулятор, который по какой-то причине не держит нагрузку. Аккумуляторщик Анатолий, с большим интересом узнав о нашем плавании, проявил очень много энтузиазма и через некоторое время с надеждой, что аккумуляторная батарея будет работать, мы идем в Енисейск.
Стоит, пожалуй, вспомнить, что одним из важнейших пунктов - проникновения русских в Прибайкалье стал Енисейский острог, от сюда начались походы на Ангару,
Лену и Байкал. В 1622 году ушел на реку Ангара Максим Перфильев с отрядом 40 человек, в верховьях реки они достигли бурятских поселений. В следующем году
от сюда на Лену ходили многочисленные отряды Василия Бугра и Василия Хрипунова, а в  1631 году они основали Братский острог...
Городу уже 380 лет... Постройки монастыря архитектуры середины девятнадцатого века. Несколько церквей с множеством куполов, старые купеческие дома, а дальше от берега - новые, современные микрорайоны, в которых живет сто пятьдесят тысяч енисейцев. Все это на месте острога, заложенного казаками и торговыми людьми в 1619 году.
К сожалению, пятница - вечер и в Енисейске закрыты музеи и администрация, но почта и магазины еще работали. Ребята получили немного денег и закупили продукты.
Догонять время всегда тяжело и, снявшись с берегового швартова, мы уходим вниз, оставляя по правому борту Подтесово - одну из самых больших РЭБ (ремонтно-эксплутационная база) на Енисее. Идем вниз с хорошей скоростью и уже к обеду 31 июля прошли от устья Ангары триста километров. Судовождение на Енисее проще, чем на Ангаре, или в верховьях Лены, река течет одним руслом среди низких берегов, и мы переходим на режим круглосуточного хода.
Выдержка из судового журнала от 01.08.99.
00.10 встали на рейде Шарковский к плоту, 473 км. (За последние 24 часа прошли 353 км).
4.30 отход вниз.
5.25 прошли 480 км от устья Ангары.
6.30 прошли 500 км.
9.30 прошли 550 км от устья реки Ангары, начало лоции Подкаменнная Тунгуска - Игарка 0 км.
14.02 разошлись левым бортом с т/х ТМ-662, на 70 км от устья Подкаменной Тунгуски.
23.00 температура воздуха 20 гр., облачность 5-6 баллов, штиль, встали на якорь у о. Долгий 205 км (за световое время прошли 285 км).
Но в двадцати километрах от Осиновского порога пришлось встать на ночь к стоящему на якоре плоту.  Прохождение этого сложного участка предписывается
только в светлое время суток, а правила мы чтим, от их выполнения зависит наша жизнь и не в переносном смысле, а в самом прямом. Удивительно, но пока на
Енисее нас не тревожат ни комары, ни мошка. Осиновский порог по сравнению с Ангарских больших трудностей для прохождения не представляет, хотя и здесь любая невнимательность или ошибка могут стоить достаточно дорого. Ниже по течению река сжата двумя скалами и единым потоком устремляется на скалистый
остров Монастырский, который как гигантский корабль рассекает Енисей на два рукава, сходящиеся за островом, и на каком-то протяжении разделенные, как
гигантским кильватерным следом, песчаной косой.
На теплоходе наладилась нормальная судовая жизнь: вахта, отдых, подвахта и опять вахта, кроме этого все занимаются своим заведованием, так что скучать некогда.
Около десяти утра проходим место слияния Енисея и реки Подкаменная Тунгуска, в устье которой находится поселение с тем же названием. К сожалению,
времени у нас не так много и нет возможности остановиться и посетить местные достопримечательности. Торопит нас вниз по реке не только время, которое
всегда приходится догонять, но и быстро убывающие продукты, к сожалению, запас которых больше, чем скромен, как почти у всех на Руси. Через шестьдесят километров от устья Подкаменной Тунгуски по берегам Енисея начинается природно-ландшафтный заповедник и нам пришлось оставить мысль о постановке сетей и возможном пополнении наших запасов. Заповедник тянулся почти двести километров и к вечеру он остается за кормой. Ввиду того, что впереди нас появились
острова и фарватер усложнился, и ночью идти будит более чем сложно, на закате встаем к берегу на якорь.
Вечер выдался красивый - пурпурное солнце медленно сползало за горизонт, уже ставшая, от постоянно работающего двигателя, непривычная тишина, штиль.
Запахи тайги разлились над рекой, здесь и запах лиственницы, и сосны, и спелых лесных ягод. Сидим на палубе, пьем чай и не можем налюбоваться на окружающую
нас природу, разговаривать не хочется, каждый думает о чем-то своем...
Утро следующего дня принесло нам шторм, дождь, туман. Видимость очень плохая и мы решаем стоять до улучшения погоды. Стоять на якоре недалеко
от берега совсем грустно, туда, то есть на берег, все равно не пойдешь   сыро, хотя и очень хочется. Весь день занимались личными делами, в перерывах играли в нарды, обсуждали обще судовые проблемы.
На следующее утро погода несколько улучшилась, и мы после полуторасуточного стояния опять идем вниз. Низкая облачность, и моросящий дождь, сделала весь окружающий нас мир серым и неинтересным.
В селе Верхнеимбатское пристали к барже рядом с дебаркадером, у которого стоит пассажирский теплоход Ипполит Иванов. Селу уже 370-375 лет, основано оно казаками первопроходцами. К сожалению, в варварские тридцатые годы разрушены церковь и монастырь.
Населения осталось всего семьсот человек, все кто может вынуждены разъезжаться, отсутствия стабильного заработка и плохие условия проживания (отсутствия достойного снабжения) основные причины миграции местного населения. Главное производство в селе   зверосовхоз в котором поголовья норки надо чем-то кормить
и промысловая охота на соболя где волка ноги кормят... Справедливости ради надо сказать речевые хозяева, на своих приусадебных участках выращивают почти
все овощи от картошки до баклажанов.
Живут здесь и кето, это коренная народность и очень малочисленная, в селе всего тридцать человек. Два с половиной века назад, во времена Первой
Академической экспедиции, в 1733   1743 гг. изучали северные народности России Г.Ф.Миллер, И.Г.Гмелин, С.П.Крашенинников, Г.В.Стеллер и И.Э.Фишер. Среди
прочих народностей очень хорошо описана жизнь кето и какой сейчас этногров попробует произвести сравнительный анализ их жизни за прошедший период, что
приобрел народ, что потерял. Лично мне страшно подумать о том, что мы теряем культуру малых народов, во многом неповторимую. Кто-то великий сказал:
Человек — это целый мир, а какой мир самобытный народ. Говоря постоянно даже с больших трибун о равенстве всех народов России мы по-видимому за лесом не
замечаем деревьев.
Поставив в администрации печать, уходим вниз мимо староверческих сел Чулково, Алинское.  Ливневой дождь, ливший весь день, к вечеру утихает и
небо раскрашивается сразу тремя радугами - все они начинаются в одном месте и разбегаются в разные стороны на фоне серой облачности.
Выдержка из судового журнала от 04.08.99.
00.0    Подкаменной Тунгуски прошли от устья 430 км.
05.50 восход солнца, температура воздуха 9 гр., облачность 10 баллов, ветер северо- запад, 3-5 м/с. Прошли 520 км.
09.20 швартовка к борту т/х Бурун в с. Туруханск.
11.10 отход вниз, температура воздуха 12 гр., обл. 8-10 баллов, мелкий дождь.
16.20 прошли 645 км, температура воздуха 9 гр., обл.10 баллов, ветер северо-запад 18-20 м/с.
21.43 пересекли Северный Полярный Круг, 707.5 км.
Сегодня идем всю ночь и к утру мы уже в устье Нижней Тунгуски, в городе Туруханск, в одном из центров освоения Сибири. Чтобы не путать читателей приведу
выдержку из экспедиционной книги от 04.08.99 г.: ... Рассматривая материалы в музее имени Я.Свердлова (Краеведческий-культурный), мы познакомились с
интересными фактами, которые рассказали нам о том, что в 1601 году казаками основан острог Мангазея на реке Таз, который просуществовал 70 лет. Потом центр
освоения Сибири перенесли в 1670 году в Туруханское зимовье и был назван Новой Мангазеей. Теперь это деревня Старый Туруханск. Здесь в свое время отбывали
ссылку декабристы Бобрищев, Пушкин, Кривцов. Дом, где располагается музей, принадлежал ссыльному Смирнову, в 1915 году он продал его Туруханской
метеостанции. В 1913 году Сталин и Свердлов были сосланы в Туруханскую губернию. В 1914 году революционеры Спандарян, Голощекин, Свердлов жили в деревне Селиваниха, а И.Сталин в деревне Костино. Потом И.В.Сталина и Я.Свердлова перевели в деревню Курейка. В конце 1914 года Свердлова вернули в деревню Селиваниху, а Сталина отправили в с. Монастырское. В этом селе в 1955-1957, г., по проекту архитектора Хорунжего, был построен пантеон памяти И.В. Сталина, из пластин лиственницы, снаружи отделанный цементным раствором под мрамор (размерами высотой 20, шириной 40, длиной 30 метров.
Внутри пантеона был собран дом, в котором проживал вождь народов. На потолке имелся искусно сделанный плафон, при попадании, на который
солнечные лучи высвечивали Северное сияние. Перед пантеоном стоял 10-метровый бронзовый памятник товарищу Сталину. После разоблачения культа личности
памятник и дом убрали, пустовавшее помещение пришло в негодность и, в конце концов, сгорело. Имя одного из самых известных первопроходцев Пенда звали его Понтелей Демидов Пянда, он с отрядом в 1620 году двигаясь вверх по реке Нижняя Тунгуска проник через Чечунский волок на реку Лена   Елюенэ это первый известный поход через Енесейский водораздел на восток. В 17 веке кроме
Чечунского волока существовало еще два. Один по Нижней Тунгуске, затем по ее правому притоку Титее, от ее верховьев волоком на реку Чурка, впадающую в Чуну
, на Вилюй и потом в Лену, между Жиганском и Якутском. Второй, тот которым мы воспользовались, по Ангаре и Верхней Тунгуске до устья Илима, потом до устья
Игирмы (а позднее Туры), оттуда волоком к верховью реки Муки, с Муки на Купу, из Купы в Куту от куда в Лену. Этим путем прошел Василий Бугор, за ним
Петр Бекетов поднявшись по Ангаре, попал на Лену и в среднем течении реки заложил Якутский острог.
Название села Туруханск происходит от Туруханского-Троицкого монастыря, построенного в 1660 г. Когда-то территория Туруханского края занимала 2 млн.
кв/км, на сегодняшний день площадь Туруханского района сократилась до 214 кв/км. Коренное население района эвены, селькупы, кеты. Основное занятие
коренного населения оленеводство и пушной промысел. 70 лет назад Туруханску присвоен статус города, в данное время население его составляет 8-9 тыс.
жителей. На гербе города Турахаска изображен серебряный песец на зеленом поле. В прежние времена в Туруханске были рыбзавод, лесоучасток, несколько
разнообразных экспедиций. На территории района добывался уголь и другие полезные ископаемые.
Зимой 1999 гада на Туруханской метеостанции была зафиксирована отрицательная температура воздуха минус 62 гр. и лето выдалось на удивление холодное.
Уходим из Туруханска к обеду в расчете на то, чтобы завтра быть в Игарке.
Судоходство на Енисее более интенсивное, чем на Лене, вверх и вниз идут наливные суда, Оты толкают составы с грузами, курсирует по реке до
десятка пассажирских пароходов. Буксиры тянут вниз большие плоты леса.
Природный ландшафт постепенно сменился - правый берег стал более высоким, появилось больше островов, лиственница стала преобладающей составляющей
лесного массива, исчезли ель, сосна и кедр. Это и понятно, приближаемся к Северному полярному кругу, который благополучно пересекли четвертого августа
около десяти часов вечера. Ночи стали гораздо короче и светлей, что дало возможность продолжить движение на все усложняющемся фарватере до рассвета.
Выдержка из судового журнала от 05.08.99г.
13.45- швартовка к барже у причала Игарской гидробазы (Пройдено с начала навигации 2225 км, от устья Подкаменной Тунгуски 860 км).
Утро нас застало на подходе к порту Игарка, и в двенадцать дня мы пришвартовались у причала Гидробазы. Слава Богу, нога у меня немножко поджила, и
стало возможным ходить потихоньку, чем я и воспользовался, отправляясь к начальнику Игарской Гидробазы попросить разрешения подключить береговое
электропитание и попросить помощи в решении других проблем.
Проблемы, которые стоят перед такие экспедиции как наша достаточно тривиальны и далеко не новы они также стары, как и понятия экспедиция. Мы
идем без финансирования и за несколько дней стоянки необходимо найти не только моральную поддержку, что само по себе важно, но и материальные ресурсы на
следующий этап. Наш следующий этап Игарка - Амдерма, а это недели три - четыре автономного плавания, что подразумевает под собой необходимость иметь полный бункер топлива, да и почему-то кушать человеку хочется каждый день, а нас на судне три человека... Вот с этими проблемами мы и обратились везде, где только можно в Игарке. Не буду рассказывать, кто и чем нам помог, но это не значит, что мы не благодарны людям, принявшим самое непосредственное участие в наших проблемах. Просто не хочется обидеть тех, кто от всей души хотел помочь, но не смог. Но было бы несправедливо не вспомнить корреспондента местного ТВ Викторию Генриховну Афанасенко, которая не только оказала большую моральную и информационную поддержку, но и смогла скорректировать материальную поддержку, которая была оказана нам. Помощь Виктории дала нам возможность всего за девять дней решить все или почти все проблемы, которые стояли перед нами... а сколько еще хороших людей в Игарке, это трудно описать, можно только сказать - куда -бы мы не обращались, везде нас встречали с пониманием и провожали с добрыми пожеланиями...
Но пора сказать несколько слов об Игарке, как городе о проблемах его и порта. Если посмотреть на лоцию акватории порта Игарки, то мы увидим, что все воды около города расписаны по стоянкам судов. Здесь и стоянка Енисейского флота и морского, а также стоянки для иностранных судов. На поверку оказалось, что все стоянки и причалы пусты, нет никакого флота. А это, значит, нет леса на отправку, значит не в полном объеме работает лесоперерабатывающий комплекс, соответственно сократилась занятость и очень большой отток людей в более перспективные районы страны.
Аэропорт Игарка всегда был очень оживленным, прибывали самолеты из Москвы и летели дальше на Тикси, Черский, Чокурдах... а теперь можно улететь отсюда только в Красноярск, да еще по таким ценам, что, когда их узнаешь, хочется идти пешком.
Тринадцатого августа, вечером, прощаемся с Игаркой и ее людьми, с которыми успели подружиться, и общения, с которыми нам теперь будет не хватать.
Время незаметно бежит и неумолимо приближается к полуночи, чтобы не уходить в несчастливую дату, мы терпеливо ждем следующего числа. И вот уже и часы перешли на следующие сутки и прогрет главный двигатель, отданы швартовы и только пожелания счастливого пути доносятся до нас с причала... Все, Игарка осталась только в воспоминаниях, и в очень хороших воспоминаниях.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #6 : 26 Октябрь 2017, 15:36:14 »
Выдержка из судового журнала от 14.08.99г.
00.02   отход вниз от Игарки до устья реки Енисей 650 км. Температура воздуха +5, облачность 10 баллов, штиль.
12.00   прошли стоявший на якоре т/х Дмитрий Овцин , 530 км.
19.53   прошли буй 47А.
20.00   прошли порт Дудинка, 420 км. Температура воздуха +12, облачность 10 баллов, ветер западный 3-5 м/с.
Сразу по отходу из порта началась повседневная работа, которая теперь прекратится только в следующем порту - в порту Амдерма, а, когда это случится, одному Богу известно. Погода, хоть и ветреная, но небо ясное и мы идем по корректированной лоции всю ночь.
Правый берег Енисея становится все выше, а вдоль фарватера появляется больше островов. Растительность по берегам постепенно скудеет и лиственничное редколесье уже преобладает в окружающем пейзаже.
На судне жизнь вошла в привычную колею. А к вечеру мы приходим к порту и городу Дудинка и, что мы видим... Рейд Дудинки заставлен баржами, самоходными судами, морскими теплоходами. Согласитесь, картина диаметрально противоположная порту Игарка; а ответ очень простой - порт Дудинка – ворота Норильска. Пожалуй, единственный город в Российском заполярье, который не просто выжил в новых экономических условиях, но еще и развивается, что очень радует. Приятно порадоваться за успехи россиян и ощутить перспективность будущего развития необъятных сибирских просторов, которые являются естественной кладовой России.
Вечернее солнце клонится к горизонту и мы, продолжая наш путь почти строго на север, двигаемся руслом реки, вдоль правого коренного берега. По береговому откосу почти на тридцать километров от Дудинки, с небольшими интервалами метров по сто, стоят рыбацкие домики,- сарайчики. Это, по-видимому, участок любительского лова. Горят костры, рыбаки ставят сети, ремонтируют поврежденные весенним паводком жилища. К утру пройдено село Казанцево, которое какими-то путями связано с моей фамилией, и живут там казаки, также, как и мои предки, удивительно, но факт.
Мы фарватером уходим в дельтовую часть Енисея. Дельта Енисея не так явно выражена, как дельта Лены, но острова, на которых уже почти нет растительности, очень похожи. Погода постепенно сменилась и не в лучшую сторону, низкая облачность принесла моросящий дождь и на реке сразу стало не уютно, снизилась видимость, и все чаще приходится идти по компасу, постепенно составляя таблицу поправок. Вечереет, погода плохая, видимость постепенно падает, и мы принимаем самое разумное, решение встать на якорь до утра, в надежде, что погода улучшится. Близко к берегу подойти не удалось, и мы бросили якорь на глубине трех метров у острова Лопатный. В скромной надежде поймать рыбы на уху ставим сетушку и, оставив ночную вахту, ложимся отдыхать. Погода в течение ночи надежд на улучшение к лучшему не дала, то по палубе стучал дождь, то в антеннах свистел ветер, и судно усиленно начинает качаться на волне.
Рыбы мы много, к сожалению, не поймали - только одну - то ли нельмушка, то ли муксун. Это весь наш утренний улов, да и ладно, что Бог дал, то и хорошо. Быстро собрав сеть и убрав резиновую лодку, продолжаем свой путь.
Выдержка из судового журнала от 16.08.99г.
8.00   запуск ГД, отход вниз. Температура воздуха +9, облачность 10 баллов, ветер ЮВ 5-7 м/с, порывы 10, временами плотный туман. До устья р.Енисея
160 км.
11.20   прошли буй  7, 125 км.
15.22   прошли буй  6 красный, компасный курс (КК)340, до устья 75 км.
19.35   прошли населенный пункт Ланда, КК 320, температура воздуха +15, ясно, ветер ЮВ 3-5 м/с, до устья Енисея 25 км.
Ширина реки у острова Лопатный составляет несколько миль при сравнительно узком фарватере, от навигационной вешки до другой вешки до трех миль, еще дальше от буя до буя. Все чаше и чаше приходится пользоваться компасом, сохраняя направления плавания. В полдень нас обходит морской теплоход Иван Папанин, мы выходим и ним на радиосвязь, просим подсказать нам прогноз погоды, которого к сожалению, у них не оказалось, зато капитан любезно подсказал нам ледовую обстановку Карского моря в районе полуострова Ямал и пролива Югорский Шар. К сожалению, участок нашего пути, пролегающего по Карскому морю, забит льдами и нам остается надеяться только на Бога и силы природы, которые могут еще улучшить обстановку.  Иван Папанин, уйдя вперед, скоро скрылся в тумане, а мы постепенно приближаемся к устью Енисея.
Если кто-либо вам скажет, что, когда мы покинули воды реки и перед нами открылся Енисейский залив, мне не было страшно, не верьте, было и еще как было... До выхода в воды Карского моря я никогда не совершал таких больших морских переходов, никогда не брал на неопределенное время ответственность за жизни людей на столь опасном пути. Но, слава Богу, страх от неизведанного не смог побороть меня, помня слова Нансена: секрет вождя и заключается в том, чтобы учесть все, решительно все, возможности: ничто не должно являться неожиданным. Я еще и еще раз перебирал в голове имущество и возможные варианты развитие событий и не находил больших изъянов в подготовке к ним. Страх отступал под натиском опыта плавания предыдущих поколений и все возрастающей уверенности в наши силы. Но все же я взял себе за правило - лучше подождать неделю и пройти путь за один день, чем неделю идти неуверенным в успехе.
Выдержка из судового журнала от 17.08.99г.
02.40   прошли мыс Поеловый, КК310, температура воздуха +9, облачность 10 баллов, дождь, ветер ЮВ 5-7 м/с, барометр падает.
06.30   прошли береговой знак Промерный, погода без изменений.
10.04   прошли полярную станцию Лескино, КК 290, температура воздуха +10, облачность 10 баллов, дождь, ветер ЮВ 10-12 м/с, порывы до 15 м/с, барометр
падает.
13.10   конец карты Енисейского залива. Слева по курсу устье речки, с правого временами виден о.Олений.
14.25   встали на якорь в устье речки, глубина под килем 1.5 м, до берега 1, 5 кабельтова, температура воздуха +7, ветер В 15-18 м/с, порывы до 20 м/с,
дождь, волнение до 5 баллов, барометр падает (утерян носовой швартов).
20.00   стоянка на якоре. Температура воздуха +5, туман, все остальные параметры погоды   без изменения, барометр падает.

Енисейский залив встретил нас попутным волнением до одного балла, слабой облачностью, вообще-то очень, благоприятной погодой. Оставив по правому
борту мыс Сопочная Карга, берем курс вдоль восточного берега Гыданьского полуострова на север к острову Олений. Проходя вдоль полуострова от мыса до мыса, мы все дальше и дальше уходим от устья Енисея и все ближе и ближе к конечной точке пути, но как еще до нее далеко во времени, хотя и расстояние до ближайшего порта Амдерма не очень большое, всего около 650 миль по линии пути.
Ветер к утру перешел в штормовой, и необходимо было принимать решения, где переждать непогоду. Пролив, отделяющий остров Олений от Гыданьского полуострова, очень хорошо подходил для этого, и мы направились туда. Но, что это? Штормовая волна в проливе становится все выше и круче, а это значит, что, пролив мелководный. Приходится искать место отстоя у одного из северных мысов рядом с устьем реки. От штормового ветра мы спрятались, но волна, накатываясь на берег, придает судну сильную бортовую качку с очень короткой амплитудой. Все, не закрепленное по штормовому, сорвано со своих мест и с грохотом летает с борта на борт. Отдыхать возможности нет - качка сбрасывает со спального места на нижнею палубу. Ветер дул более суток и к следующему утру, сменил направление, и шторм почти утих, уступив место туману, но мы вынуждены остаться на месте.
В одиннадцать часов утра рядом прошел речной теплоход СТ-306. Нашему удивлению не было предела, но еще больше удивились, когда по радиосвязи, они сказали, что идут в Красноярск, а направились к острову Олений, то есть в противоположную сторону. Снимаемся с якоря и идем за ним на север, через час, СТ-306 лег в дрейф и опять вышел на радиосвязь, с вопросом правильно ли они идут? Полчаса по радио доказываем, что идут не туда... В конце – концов выяснилось, что они идут без компаса, по шкальной контурной карте и заблудились, чего долго и упорно не хотели признавать. Вот такие чудеса в решете...
Теплоход ушел вдоль Гыданьского полуострова на юг к Енисею, а мы снова остались одни, и нам пришлось вставать на якорь, туман ограничивал видимость и не давал возможности идти. Стоянка на якоре занятие скучное, но дает возможность спокойно отоспаться, что мы и делаем.
Хмурый рассвет, казалось, не принесет ничего хорошего, но подул легкий восточный ветер и унес туман. Решение, обходить остров Олений с севера, вполне закономерное, пролив мелок и нам не остается ничего иного, как проложить новый курс.
На острове находится полярная станция остров Олений, которую мы увидели через два часа хода. Несколько домиков, антенны, метеоплощадка и, почти ровная, тундра. Скучноватый пейзаж... Через несколько часов, идя вдоль северо-восточного берега острова Олений, подходим к радионавигационной станции, на которую первоначально планировалось зайти, но от этой мысли пришлось отказаться ввиду сильного прибоя и отсутствия места укрытия, а жалко... По информации, которой я располагал, к моменту отхода из Тикси мы могли бы на РНС пополнить запасы топлива.
Выдержка из судового журнала от 19.08.99г.
07.05   имеем ход в обход о.Олений, КК 320.
10.40   прошли в миле от полярной станции о.Олений, температура воздуха +5, облачность 10 баллов, штиль.
13.20   прошли станцию РНС, КК280, ветер С 6-8 м/с, волнение 2 балла.
15.46   КК 280, туман, видимость 1 миля, температура воздуха +5, ветер СЗ 5-7 мс, волнение 1-2 балла. Отошли от о.Олений 15 миль.
20.40   открылся полуостров Явай, КК 310.
От северной оконечности острова Олений берем курс на северо-запад к полуострову Явай. Идти до него около восьми часов открытым морем. Небольшое
волнение не затрудняет наше движение, хотя и не дает расслабиться, постоянно надо следить за показанием компаса. Берег полуострова показался в разрывах тумана в положенное время, что очень воодушевило экипаж. Невысокие сопки, покрытые тундровой растительностью, то исчезают в тумане, то появляются, показывая свою скромную красоту в лучах низкого солнца. Туман не дает возможности точно определиться в каком месте у полуострова Явай мы находимся, что само по себе не страшно, но точное местонахождение знать необходимо.
Медленно движемся вдоль берега, неопределенность, туман и подводные песчаные косы не дают возможности идти полным ходом на север. Час стоянки на якоре - десять минут хода - в таком режиме мы дошли за сутки до пролива между островом Шокальского и полуостровом Явой. Долгое ожидание видимости принесло свои плоды и, опознав остров Шокальского, мы бросаем якорь около восточной оконечности.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #7 : 26 Октябрь 2017, 15:37:14 »
Третий день безбожно качает, западный ветер до 20 м/с, за бортом то чуть потеплеет и сразу идет дождь, то похолодает, и ожидаешь "белых мух" в общем, около нуля градусов и это конец августа. Август здесь у острова Шокальского нас погодой не балует, да и понятно все же 73* северной широты.
"Маленький" стоит на глубине 2 м в обширном мелководном заливе образованным с одной стороны проливом, между полуостровом Явой и островом Шокальский (проливом на столько мелководным, что при осадке один метр мы не смогли там пройти), с другой стороны песчаной косой протянувшейся на несколько миль от острова в море. Этот мелководный залив изобилует птицей то здесь, то там на волнах покачиваются утки, да и гусей очень много. Постоянно не далеко от судна из воды показывается округлая голова с глазами полными любопытства - нерпа. Понятно нерпа питается рыбой и, по-видимому ее здесь много, но увы сее богатство не для нас, ружья нет, а сеть в такой шторм не поставишь, делали попытку, но увы без результатную. Сеть волной запутало за десять минут.
Запас пресной воды на судне не большой и вчера он подошел к концу и пришлось организовать экспедицию за водой. И за одно и дровами. Сказать организовать легко, но сделать оказалось не так просто, близок локоть да не укусить, но мы своего все же добились.
Выдержка из судового журнала от 22.09.99г.
06.30   подготовка ЛАЗ-3 к высадке на берег. Температура воздуха 1, ветер СЗ 6-8 мс, облачность 10 баллов, временами снег с дождем, туман, видимость до 1 мили.
08.00   лодка отправлена на берег на швартовых концах.
На качающей палубе, а крен на один борт доходит до 30*, накачиваем надувную лодку, готовим концы - веревки и тару под воду. И когда все готово подходим на самое мелководье и встаем на якорь. Ветер к берегу теперь вроде все просто, лодка на концах уходит к берегу, но уже их отдано с борта более 300 метров. А с лодки на берег все не попасть, вернее попасть можно, но мокрым по пояс. Бегаю по судну ищу, что еще можно нарастить, вот, пожалуй, швартов и больше не чего. Наконец-то, вижу стало возможно сухим, верней относительно сухим, выбраться на берег. Слава Богу. На берег съехали Наталья Артемьевна мой старый помощник и Сергей механик. Сижу в рубахе и беспрестанно курю, нервы на пределе, на острове могут быть белые медведи, а на берег не взяли даже фальшфейера. Смотрю в бинокль: вот Артемьевна с Серегой поднялись на откос берега к береговому знаку - маяку, залезли на него и после этого стали продвигаться к оврагу, по-видимому за водой. Прошло еще полчаса, ветер усилился, по воде опять побежали белые барашки. Судно килем бьется о песок. Вот незадача отойти один я еще с горем пополам смогу, но людей на берегу, хоть и есть там жилье, не оставишь. И какое жилье? Балок, который я вижу с судна, не внушает мне особых надежд, и я терпеливо жду, ну наконец, показались члены экипажа, идут груженые водой.  А тут на нас с наветренной стороны начал движется туман. Видно прав был все-таки философ и полководец Тимур, говоря: "Если пошлешь кого-нибудь, то будет две опасности, если пойдешь сам - одна опасность: умный человек тот, кто предпочитает одну опасность двум". Но я все же капитан и покидать судно в такой ситуации не имею права, и мне остается только ждать. Но вот туман пронесло, вижу Наталья Артемьевна и Сергей собирают дрова (для подтопка), а это вечером в кубрике будет тепло. И   наконец лодку тянем двойной силой к борту, с лодки Сергей, с судна я. Артемьевна в лодке в спасательном жилете сидит верхом на дровах, как на верблюде и продвигается, так же покачиваясь, только на волнах Карского моря, а не на песках Кара-Кума.
В общем все дома, то есть на борту "Маленького". У Натальи Артемьевны на довольном лице улыбка шире придумать нельзя. Оказывается, в овраге, где они из ручья набирали воду, лежал белый медведь вернее не медведь, медвежонок, судя по размерам и по-видимому уже не живой, если они набирали воду в десяти метрах от него, а подойти проверить побоялись, и слава Богу. Очень хочется самому сходить посмотреть, но как? Да и время на это нет, надо двигаться, снимаемся с якоря и малым ходом к проливу, может быть найдем гарантированные глубины пройти в Обскую губу. Эхолот работает почти постоянно, но увы дно в проливе, ровное как нивелированное. Куда не ткнемся, везде глубина меньше метра. Пока искали в проливе проход, ветер, который было маленько стих усилился до штормового и нам не солоно хлебавши пришлось возвращаться на прежнее место стоянки.
Опять судно бросает на волне, а в антеннах гудит ветер. "Высшая благодетель — это терпение" - написал в свое время в "Территории" Олег Куваев. Вот мы и терпеливо ждем, ждем одного дня хорошей погоды, чтобы обогнуть остров Шокальского и потом пересечь Обскую губу.
Экспедиция наша уже вторую навигацию идет с моря Лаптевых, через реку Лена, Куту, от куда была произведена автомобилям перевозка на Илим, а оттуда мы по Ангаре, Енисею вышли к Дудинки и вот мы в Карском море. За плечами экспедиции, 6,5 тысяч километров, зимовка судна в Усть-Илиме ремонт после неудачного прохождения Аплинского порога в конце октября 98 года. Где мы потеряли винт, часть киля, перо руля.  А самое главное встречи с людьми с людьми нашей Великой России, измученной то построением социализма, то перестройкой, а теперь капитализмом, будь все это неладно. В Китае не даром говорят: "Упаси тебя Бог жить в эпоху перемен". А наши Российские люди уже почти век живут в непонятных условиях и свою человечность не потеряли. Когда нас спрашивают, кто наши спонсоры мы говорим: все те, к кому мы   обращаемся, а вернее надо сказать Великий Российский народ. Мы идем путями первопроходцев с низовьев реки Лена на Волгу откуда началось проникновения россиян в Северную Азию и находимся сейчас на старых промыслах поморов. Архангелогородцы хаживали на своих кочах не только по Белому морю, но и на Новую Землю и остров Белый промышляя зверя. И почти наверняка два-три века назад у этой косы качались на волне кочи и стояли на ветру, на косогоре кресты или путевые, или могильные. Но время безжалостно к материальному, рано или поздно сгнило дерево (традиционный материал на крест) или подмылся в шторм берег, кто знает. Но самое главное, чтобы не потерялась в годах память поколений. Вот, наверное, главная задача экспедиции, это пробудить то, что стало забываться за суетой обыденности. Нельзя нам забывать не только имена известных открывателей Российских земель, как Ермака, Беренга, Челюскина, но и менее известных Толля, Велькитского или боцмана Бегечева, но самое главное безызвестные первопроходцы не менее достойны того чтобы их помнили, ведь их безымянные могилы по берегам не только Карского моря их прахом отмечено любое место восточней Урала.  Название острова, около которого мы штормуем тоже не случайно его назвал Георгий Седов в честь ученого-мореведа академика Шокальского Юрия Михайловича имя которого к большому сожалению в основном известно только специалистом.
И все же и мы не избежали трудностей, все такая же осталась погода со штормами, с туманами и вечным холодам Арктики, правда мы идем по картам. А не по сказкам (рассказам), но также безбожно врет компас, а из-за облачности редко видно солнце. Глубины на наших картах недостаточно достоверны, и мы тоже не знаем где лучше идти. Если у кочей на ветру рвались паруса, лопались мачты, то у нас возникают технические проблемы, ломаются агрегаты и как всегда в самый неподходящий момент, практически вышел из строя аккумулятор и только пройденные мили могут сократить расстояние до Амдермы, где есть возможность попробовать решать эти проблемы. И вот опять шторм, а прошло всего три дня относительно спокойной погоды. Но лучше по порядку:
Выдержка из судового журнала от 23.08.99г.
12.00 ветер З 15-18 м/с, порывы до 20 м/с, облачность 10 баллов, температура воздуха 2 градуса, барометр плавно подымается, видимость от 1.5 до 3 кабельтовых.
20.00   погода без изменений, стоим на якоре.
21.10   вдоль восточной оконечности о.Шоколоский, по направлению в Гыданскую губу проследовало 4 теплохода Ленанефть, на связь выйти не удалось.
Вечером третьих суток нашего штормования у косы острова Шокальского вахтенный доложил о прохождении четырех судов Восточной косы. Шли в штормовом режиме танкера "Ленанефть" по направлению в Гыданскую губу. Попытались выйти с ним на радиосвязь, узнать прогноз погоды, но аккумулятор разряжен, и мы остались в неведении и со своими проблемами. Но вот утро следующего дня принесло маленькую радость, ветер стал потихоньку стихать, и нами было принято решение обходить остров Шокальского с севера. Мерно стучит дизель, волна плавно покачивает судно, идем вдаль косы, которая на шесть миль тянется от острова, а сколько на косе выброшенного леса (плавника) по-видимому хватит построить не одну деревню, но кто здесь будет строить? Унылое однообразие берега острова приводит к мысли, что Бог, наделяя землю богатством все дал в меру, есть в изобилии птица, рыба, олени, но нет ни куста ни даже самого небольшого дерева также как нет тепла.
Проходим мимо речки, которая не нанесена на нашу карту. В устье речки стоят несколько лабазов и балок (изба), людей не видать, но что-это из радиостанции голос просит судно ответить берегу. В виду того, что других судов здесь нет отвечаю и спрашиваю о возможности войти в речку. И вот мы идем через прибой в устье речки слушая по связи советы, как лучше миновать косу. А на встречу судну по песку летит молодой лохматый пес, абсолютно черный.
Встаем в берег, заносим на грунт якорь. От балки к нам направляются две фигуры, по виду молодой парень и ребенок. Пока мы швартовались, глушили дизель, хозяева пришли, и мы с ними познакомились, старший Виктор, а младший четырнадцатилетний Пашка, по виду я бы не дал и десяти лет. Выясняем точное свое место, находимся мы на кордоне Гыданского национального заповедника, образованного совсем недавно в 1996 году. Виктор на кордоне на общественных началах исполняет обязанности егеря и зарплату за это не получает и соответственно ответственности не за что не несет. А жить на что-то надо вот он и рыбачит и если повезет, то рыбу сдает на проходящие мимо суда, в рыбзавод отправлять нет смысла. Все равно нечего не заплатят. Когда-то в 1899 году был учрежден международный совет по изучению морей. От России в него вошел вице-адмирал и ученый С.О.Макаров. Перед советом стояли задачи изучения морских промыслов и охрана естественных богатств моря от хищнического истребления. Уже тогда, в преддверии нового века, ученых волновал вопрос о сохранении жизни в море. А для этого нужно было знать условия обитания, среду, все процессы, развивающиеся в океане,- физические, химические, биологические, географические и нам остаётся только радоваться тому, что у нас в стране еще находятся такие самоотверженные люди.
Жилье на кордоне очень скромное, как, впрочем, везде в Арктике стол, двое нар, печка, несколько старых календарей с красотками, да сделанный на дорогом полиграфическом оборудовании плакат о Гыданском заповеднике. Дорогой плакат при нищем егере все это наводит на очень невеселые размышления.
Наши проблемы: пресная вода, дрова сразу за решение которых мы взялись вернее Сергей с Натальей Артемьевной, а я сидел у Виктора и разговаривал об их проблемах, не забывая о своих, которые мало чем отличались. Проблемы жителей севера, пожалуй, одни и те же и порой мне казалось, что я сижу и разговариваю с эвеном в дельте Лены, а не с ненцем на далёком острове в Карском море. Настолько все схоже, что я сам был готов поверить в нереальность. Скоро поспел чай, пришли Артемьевна и Сергей, сели все вместе за стольничать как принято везде на северах. На столе появилась рыба, свежий хлеб, душисто заваренный чай. Омуль - прекрасная рыба во всех видах, особенно когда долго ее не пробовал, как я уже говорил, если есть время рыбачить, то нет погоды, а если есть погода, нет времени рыбачить. За чаем пошла обычная северная беседа о пурге, о медведях (кстати, мы рассказали о виденном медведе), оленях. Мы поведали о нашей экспедиции, показали карту, подарили значки. Из разговоров узнали о проблемах с солью и выделили из наших запасов ведро сего очень нужного продукта. Виктор предложил нам бочку дизельного топлива, и мы ее дружно закатили на палубу, переливать. Паша хочет идти с нами, но ему надо в школу в восьмой класс.
Но все же в гостях хорошо, но нам надо двигаться дальше, через Обскую губу в пролив Малыгина и мы начинаем отходить. Гляжу Виктор и Паша нам что-то тащат, а это их знаменитая рыба. Действительно люди на нашей Российской земле, кто бы они не были по национальности, хоть эвен, татарин, объединены одной идеей, пока, наверное, просто не сформировавшейся, как говориться: "Идея летает в воздухе, но самое главное, что эта идея человеколюбия". У Виктора с Пашей мы взяли по сувениру по куску моржового хребта, их там на кордоне свалена небольшая куча, есть там и кости мамонта, а самое удивительное это принесенный морем бамбук. Принесло его по-видимому откуда-то из Америки течением Гольфстрим, которое начинается у Карибских островов и заканчивается где-то в этих широтах.
И вот "Маленький" выходит из речки, гудя прощальной сиреной, последние взмахи рук и остров Шокальского с его очень отзывчивыми людьми скрывается за кормой.
Чудесная ночь, идем Обской губой, волнение вместе с ветром потихоньку улеглось, идем вне видимости берегов. Стою на вахте вроде все должно быть здорово. Но не как не могу удержать компасный курс, судно рыскает и очень здорово. Анализирую причины и не нахожу их. Рысканье есть, а причин нет, ничего понять не могу. Но чудная ночь сменилась на не менее чудное утро. Такое утро в Арктике бывает только осенью. Небо прозрачное, голубое-голубое с фиолетовым оттенком, горизонт чист, кругом, куда не поглядишь только вода и черная зыбь, единственное что нарушает ее зеркальность — это то тут, то там отдыхающие лежа на спине нерпы.
Сколько торговых кораблей прошло Обской губой почти за четыре сотни лет- очень много. Первым торговым центром Сибири была достославная Мангазея - старинный торговый город на берегу северной реки Таз, притока Оби. Первый город за Полярным кругом поражал воображение путешественника и торгового гостя. На вечной мерзлоте, в неуютном холодном краю, русичи воздвигли могучий Кремль о пяти башнях, а за крепостной стеной три церкви, гостиный двор, богатые терема: полагают, что город насчитывал пятьсот дворов, а население в нем было до полутора тысяч. Мангазейцы занимались ремеслами, трудились на государевой житнице охраняли аморальную избу, а по духу своему, по главному содержанию жизни это был шумный торговый город. С 1630 по1637 год в мангазейской таможни отметили провоз 477469 соболей, а сколько пушнины прошло, минуя таможню неизвестно, пошлину и сейчас никто не хочет платить.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #8 : 26 Октябрь 2017, 15:38:26 »
Мангазея как город была упразднена в начале 40 годов 18 века в связи с запретом пользоваться в Сибирь морской дорогой.
Проснулся экипаж, обсудили дела на день, кто что делает, но в первую очередь решили искать причину рысканья и в скором времени нашли, вода в форпике, а это большой дифферент на нос и как следствие рысканье. Воду то откачали, а она не прибывает, что есть дело не совсем понятное, но думаю, что все выяснится в последствии. Управлять судном стало сразу легче, но спать идти поздно, скоро должен показаться полуостров Ямал. Но вместо полуострова мы увидели чуть в стороне от нашего курса, на горизонте, клубы дыма. В виду того, что пароходы на угле канули в лета, мы решили, что на каком-то судне пожар и сразу направились туда. И вот видно уже теплоход, от которого валит дым, а рядом другое судно. Идем на них, но почему в эфире на канале безопасности тихо.
А через полчаса вообще все стало ясно, как и это ясное утро. Это буксировщики тянут баржу с гравием и плавучей кран, а один из них дышит машиной как горит.
Подойдя к судам на радиовидимость, уточнил у них место, то есть координаты, пожелали друг другу счастливого пути и пошли в пролив Малыгина, но разными
курсами, мы по мелям, срезая как нам казалось углы, а они по глубине. Пролив Малыгина назван в честь С.Г. Малыгина, лейтенанта флота российского, участника
Великой Северной Экспедиции середины 18 века. Моря Арктики бороздит ледокол под одноименным названием.
В общем хорошая погода, все вообще хорошо, но те неисправности не дают покоя, двигатель не приспособленный работать на 1000 об/мин из-за тяжелого винта с натугой тянет нас и начинает сапунить. В машине все в смазке и в дыму. Приходится вставать на якорь и думать, что делать? Проверяем все что можно, но это мало помогает, верней помогает только на какое-то время. В общем, с переменным успехом, все же идем вперед к мысу Скуратова, толи Малютки Скуратова, толи бывшего ген. прокурора, а вернее не того и не другого, это точно, это фамилия одного из топографов, описывающих полуостров Ямал. Восточней мыса на якоре стоит один из буксировщиков с баржой, груженой щебнем. В виду тумана и начинающегося шторма мы тоже встаем на якорь и по связи уточняем свое место. Определить из-за тумана самостоятельно невозможно, а место данное теплоходом совпадает с местом нами счисленным, а это хорошо, значит наше счисление верно.
На утро море все покрылось белыми барашками, усилился ветер и началась настоящая качка. Судно то подбрасывает на 2 метра вверх, то оно стремительно летит вниз. Крен временами достигает 40* и очень трудно становиться что-либо делать. Даже отдыхать. Кипятим чайник, держа его на газу руками, питаемся в сухомятку рыбой и сухарями. В кубрике топится печка, вроде тепло, и все начинает отпотевать, на подволоке висят капли, постельное белье мокрое, да и спать удается с трудом - качка. Качка продолжается три дня, пресная вода кончается.
К сведению любителей романтики- работа в полярных экспедициях буднично и скучна, она требует терпения и умения владеть собой (Трешников). Спрашиваем воду у буксировщика, у них тоже с водой проблемы. Но в барже есть вода в кормовом отсеке, и мы с разрешения капитана буксира подходим к барже и заправляем все емкости водой. Пока заправлялись водой и провели регламентные работы по дизелю, ветер совсем стих. Сидим в кубрике, толи обедаем, толи завтракаем, вдруг над караваном загудел вертолет. Выглядываем на палубу, над буксиром завис вертолет, весь раскрашенный в светло голубые тона с яркой надписью: "Ямал". Обсудили это событие и сели пить чай. Но вскоре вертолет снова появился и завис теперь над баржей, с него выпрыгнул на щебень молодой парень и направился в нашу сторону. Он ошарашил нас вопросом не подавали ли мы сигнал SOS. На который мы удивленно ответили, но отрицательно. Парень объяснил нам, что из пролива с района острова Белый какой-то "Ярославец" видел сигнал SOS, найти его не могут. Угостив нас сигаретами, молодой человек убежал к вертолету, который в скором времени опять завис над баржей. Вертолет улетел, но ясность о теплоходе так и не появилось просто больше о нем мы не слышали.
Вечер выдался прекрасный - штиль, солнце, тепло. Кажется, что погода установилась. Так же стоим у баржи, ужинаем, с утра решили обходить мыс Скуратова и идти до Хоросовея поселка на западном побережье полуострова Ямал.
Выдержка из судового журнала от 29.08.99 г.
20.00   стоим на якоре, ветер С 18-20м/с, порывы 22 м/с, юблачность 10 баллов, температура воздуха 0 градусов, снег с дождем. Барометр плавно растет.
Но погода опять внесла коррективы в наши планы, и мы с утра снова на якоре пережидаем шторм. Ну казалось сколько можно, только трое суток отштормовали и
опять. Но Бог милостив и шторм длился всего двое суток. Как только ветер перестал свистеть в антеннах, мы снялись с якоря и при мерной волне, обошли мыс Скуратова, взяв курс на юг. Идти стало даже приятно, волнение с кормы покачивает, "Маленький" вверх - вниз и нету, или почти нету крена.
Но что это? Недалеко от борта из воды неожиданно появилось, чья-то голова с очень большими глазами, а следом на поверхности показались клыки, а верней бивни. Батюшки да это же морж. Морж атлантический в полной своей красе рассматривает судно. Я позвал посмотреть на моржа экипаж, но увы они его не увидели он также грандиозно исчез под очередной волной, как и появился. Минут пять барражируем в этой точке с надеждой снова увидеть его, но тщетно. Больше мы его не видели.
Через три часа хода увидели первую льдину из далека очень похожую на белоснежную яхту, только без мачты. Погода нам благоприятствует, и мы со скоростью 6 узлов приближаемся к мысу Хоросовей.
Выдержка из судового журнала от 31.08.99г
00.00   прошли световой маяк с.ш. 72 градуса, температура воздуха +3, температура воды +2 градуса, ветер С 3-5 м/с, барометр плавно растет.
03.30   плавающий лед 1-3 балла, льдины на отмелях, КК 240.
12.40   прошли мыс Хоросовей, лед 6-7 баллов.
21.00   лед 3-4 балла.
22.00   лед 5-6 баллов.
23.00   лед 7-8 баллов
23.30   стали на ночь в ледовое поле. Ясно, ветер 1-2 м/с З, барометр резко растет.
Вечером прошли маяк, он стоит ровно на 72 параллели и его огонь то появляющийся, то исчезающий еще долго был виден у нас за кормой. Четыре часа утра смена вахты, но отдыхать некогда еще темно и из тумана начали появляться льдины уже не одна-две, как вечером, а 1-2 балла, то есть 10-20% воды покрыто льдом. Но поспать надо и когда совсем рассвело, отдав распоряжения по курсу и льдам, отправляюсь в кубрик, хотя какой может быть сон, когда судно идет во льдах, а вздремнуть надо, никто не может сказать сколько сил может потребоваться в ближайшее время. Западное побережье Ямала всегда было сложно в навигационном отношении. В Первый Международный Полярный год (МПГ), проводившийся в 1882-1883 гг., голландцы на о.Диксон, датчане на мысе Челюскин, планировали открыть полярные станции, но суда Варна, Димина , которые должны были доставить все необходимое для этих зимовок, были зажаты льдами в Карском море, а Варна даже раздавлена. Паровая яхта Святая Анна вышла в плавание почти одновременно с экспедицией на судне Св. Фока в лето 1912 года.
У западного побережья п-ова Ямала попала в ледовый дрейф и через год была вынесена в арктический бассейн. За широтой 82 градуса северной широты дрейф стал
западным, севернее Земли Франса Иосифа. Экспедиция планировала пройти Севморпутем до Тихого океана, занимаясь зверобойным промыслом. От экспедиции капитана Брусилова остались живы только штурман Альбанов и матрос Кондрат.



В полдень проходим мыс Хоросовей. В поселке большие дома, видны два теплохода. Но подойти туда у нас нет возможности к берегу лед становится плотней и мы, взяв мористой, продолжаем движение на юг. Ледяные поля, айсберги не больше метров по десять над водой, разводья которыми мы движемся и солнце красота. К вечеру лед становится все плотней и плотней, а вскоре идти вперед стало просто невозможно и мы швартуемся к льдине в ожидании улучшения ледовых условий.
Ночью на небе звезды, луна бледным светом освещает ледяные поля, в которых стоит наше судно. Утро не приносит облегчения, полынья в которой мыстоим покрылась тонкой, хрустящей корочкой льда.
Выдержка из судового журнала от 01.09.99 г.
06.20   начало движения направлением ССЗ,
ле д 8-9 баллов, ясно, штиль, температура воздуха - 2 градуса/
16.00   ледовая обстановка без изменений, временами туман.
19.00   лед 7-8 баллов, КК 350.
21.10   лед 1-2 балла, КК 010, туман, видимость 0.5 кабельтовых.
23.40   стали к льдине на якорь в дрейф.
Начинаем искать возможность выйти на чистую воду. Маневрируя малым ходом за полдня удается только идти на север и, мы туда потихоньку отходим, придерживаясь более разреженных льдов. Кончилась пресная вода, пришлось вставать к высокой льдине и самого верха рубить лед, на вершинах он уже не соленый.
С вечера упал туман, да еще под прожектором во льдах ходить более чем сложно, и мы опять встали на ледовый якорь, но в этот раз не к полю, а к не большому
айсбергу, он меньше дрейфует. Дрейф льда почти строго север и по нашим расчетам к утру мы опять были в районе мыса Хоросовей. Утро туманное, утро седое ну
все как в песне. Разводья стали больше, в Хоросовей нам не попасть льды, на север отходить дальше нет ни смысла, ни топлива. В общем идем снова на юг, но
не на чистый юг, как ходили, а на юг - юго-запад, больше мористей. Идем более быстро, чем можно ожидать, почти полным ходом, выручает маневренность судна,
но нет-нет наскакиваем на льдины, надо сказать, что это мало приятно можно с успехом повторить подвиг в кавычках "Титаника", но Господь хранит нас. Начало
вечереть и опять появился туман, а это значит надо опять вставать. Выбираем льдину с большой осадкой и заносим на нее якорь. Оставляем ночную вахту и отдыхать, чтобы с рассветом продолжать пробираться на юго-запад.
Не успел рассеяться утренний туман, как мы уже идем своим курсом, разводьями, где очень широкими, где узкими. Встречаются большие поля многолетнего льда.
Одно поле обходим около получаса, а это три мили. Поля сходятся и расходятся, в какое-то время кажется, что поле сейчас столкнутся и нас раздавит, как в свое время пароход "Челюскин" в Чукотском море.
После обеда усилился южный ветер и льдины через час- два вытянулись полосами с юга на север и идти стало гораздо легче. А нас ожидали другие проблемы. Насос не может поднять из танка (бака) топливо и двигатель заработал с перебоями. Пришлось вставать к глубоко сидящей льдине. Во время постановки двигатель заглох и судно понесло ветром. На льдине остались механик с якорем и кот Матроскин. Кричу, чтобы втыкал якорь в лед, а Сергей растерянно стоит, в самый последний момент все же якорем удержал "Маленький" и мы пришвартовались. Страшно подумать, что могло случиться, скорость дрейфа большой льдины меньше чем скорость дрейфа теплохода, а двигатель смогли запустить только через три часа.
Выдержка из судового журнала от 04.09.99 г.
00.30   стали на ледовый якорь (к льдине).
Лед 2-3 балла, облачность 10 баллов, ветер
ЮЗ 10-12 м/c, порывы 15 м/c, температура воздуха 0 градусов, барометр резко растет.
Глубина, под килем 120 м.
07.20   вышли на чистую воду, температура
воздуха +1 градус, облачность 10 баллов,
ветер Ю 5-7 м/с.
08.40   пошли большие площади мелкого
битого льда.
12.00   льда нет, волнение 3-4 балла, ветер
ЮЗ 12-15 м/с, порывы 18 м/c, облачность
10 баллов, температура воздуха +3 градуса,
облачность 10 баллов, барометр резко падает.
13.30   зашли в устье речки, стали к косе.

Снова идем через лед по разводьям на юг. К вечеру ветер потихоньку стихает, а после заката погода почти штилевая, чтобы не налететь на льдину встаем на
ночь опять на ледовый якорь. Льдины двигаются, и чтобы не оказаться раздавленными полями двигатель, который плохо заводится, практически не работает
аккумулятор, не глушим. В шесть часов утра в тумане начинаем двигаться на юг по нашим расчетам берег должен быть в милях тридцати - сорока, а это часов
шесть хода. Лед становится все разреженной и к часу девяти уже не встречается. Страшно представить, как на маломаневренных кочах под парусом ходили поморы
и сколько жизней унес лед. И вот мы на чистой воде идем полным ходом к берегу, сразу появилась волна, которая во льдах не могла разгуляться. Постепенно
усиливается ветер, который к одиннадцати часам достигает штормового. Но берег уже на горизонте, и мы спешим под его укрытие. Подходим к берегу в полдень под
свист ветра в снастях, из рубки видна речка, вытекающая из лощины среди невысоких холмов. На откосе у берега дом, бочки в которых может есть и топливо,
ставшее у нас уже дефицитом.
Решение зайти в речку возникает почти сразу, и через полчаса мы уже стоим у щебеночной косы в небольшой лагуне. Наконец появилась возможность после
острова Шокальского ступить на земную твердь, почти полмесяца у нас этой возможности не было. Берег кроме привычного плавника завален всяким пластиковым хламом, который сюда приносит течение с мест промысла, обрывки веревок, сетей, битые канистры, пластиковые ящики. Ходим, смотрим, собираем дрова для печки.
Около дома, а он на другом берегу речки не видно движения, значит нет хозяев. Покушали в спокойной обстановке и когда притих ветер пришвартовались к
правому берегу пошли к дому. Говоря к дому, а не балку я имею ввиду тип постройки. Если у нас в Арктике в основном строят небольшие строения балки с
односкатной крышей с низкими потолками, то здесь стоит настоящий дом с двухскатной крышей. Дом с одной стороны окружают пристройки по виду гараж для
снегохода "Буран" и дровяник. Дом оказался заперт на замок, и мы было решили, что здесь такие традиции, но со стороны тундры оказался еще тамбур, на котором
не было замка, и мы вошли во внутрь. Пройдя в полумраке через тамбур и низенький коридор, заходим во внутреннее помещение, по виду кухня, на полочке стоит
керосиновая лампа, стол, две табуретки и кирпичная печка. Потолки более низкие, чем можно было ожидать. На стене шкафчик с дешевой разномастной посудой,
чая на одну заварку у печки сложены сухие дрова на одну топку. Помещение влажное, чувствуется что давно не топлено. В соседней комнате из мебели одна
кровать и одиноко висящий фотопортрет "Смена". Кроме этих комнат все остальное заперто, да и мы туда не рвемся.
Обошли территорию, посмотрели бочки на предмет наличия дизтоплива, расстроились топлива нет и уже под проливным дождем, который начался очень
неожиданно, оставив в доме записку, о том, что мы были и ищем дизельное топливо, вернулись на судно. Решили постоять в речке до утра и идти на Амдерму. Речка
вселила в нас надежду, что можно поймать рыбы и под непрекращающийся дождь ставим поперек устья сеть. Ужин наш, уже какой день, как более чем скромный,
каша по кусочку соленой рыбы и лепешки (хлеб кончился на третий день, сухари на третьей неделе).

Ночью дождь сменился северным штормовым ветром и на урезе загудел прибой. Пенистые валы начали свою работу по промыванию песка и транспортировке
плавающего мусора на берег, и вместе со всем хламом на берегу оказалась наша сеть. Северный ветер кроме шторма притащил на побережье туман и холод. В судне
температура упала до восьми градусов тепла, надо топить печку, но дров мало, и мы отправляемся их собирать. Вчера дождь основательно все промочил, а сегодня
туман закончил это увлажнение. Сырые дрова в печке не хотят гореть, подкидываем туда мазутные тряпки, благо с нашим механиком их достаточно. В общем в
кубрике прохладно и влажно, светом не пользуемся, значит еще и не уютно. Ко всему прочему не хочет заводиться двигатель, совсем стал плох аккумулятор. Ну в
общем какие дела, такое и настроение+
Работы по запуску двигателя отложили до хорошей погоды, а ожидание, как известно, одна из самых тяжелых работ. Представляю, как поморы в такие метео
условия молили Бога, как без метеоинструментов пытались угадать погоду и по-видимому угадывали более точно, чем мы. В такие ненастья они по видимому ходили
в тундру к кочевникам и совершали свой не хитрый обмен. Стрелой добывали казарок, которых здесь очень и очень много. Но казарки у нас остаются в мечте и мы
героически жуем кашу.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #9 : 26 Октябрь 2017, 15:40:11 »
Вот за ужином вижу в иллюминаторе, что к дому поехали две упряжки оленей. Кое-как с большим трудом запустили двигатель и перешли опять к дому. Приехали на
двух оленьих упряжках три человека, пожилой ненец и две девицы. Оказывается, хозяин дома пропал, и его жена приехала за вещами. Вещи они в скором времени
загрузили и уехали в стойбище, которое, по их словам, в четырех километрах, но на оленях туда два часа или километры очень длины, или часы у них очень
коротки. Снова мы одиноко стоим в речке, ждем погоду, а она хоть и немного улучшилась, но в такую волну из речки не выйти.
Ночью подкидываю дров в печку и через минуту по кубрику пошел угар, приходится все из печки выкидывать и тушить ее. А то угорим не дай нам Господи.
Погода с утра без изменений, а двигатель ни в какую не хочет запускается. Сливаем масло, греем на костре, промываем все дизтопливо, его очень мало, но с ним в картере все же запускаемся. На ночь оставляем вахту, двигатель греем каждые четыре часа, а значит тратим и без того уже дефицитное топливо.
Утро приносит облегчение, погода установилась, и мы спешим покинуть гостеприимный берег, но не тут-то было, отлив и мы потыкавшись в устье речки, погнув перо руля, уходим опять к косе. В общем, как всегда хотели, как лучше, а получилось+ Ну что получилось, то получилось. Погнули перо руля. И мы по вечернему приливу ставим судно кормой на щебеночную отмель. Скоро вода упала и стало возможно добраться до крепления пера руля, если конечно опустить руки почти по плечи в ледяную воду. Сводит руки, пальцы не держат ключей, но делать надо. В общем при помощи кувалды и какой-то матери неисправность устранили. Утренний
прилив снял нас с берега и, мы снова попытались выйти, но снова неудача ждала нас. И пришлось ждать вечернюю более полную воду.

Выдержка из судового журнала от 10.09.99 г.
19.10   вышли из речки, следуем Амдерму,
КК 280.
21.35   прошли маяк, КК 280. Туман, видимость ухудшается, температура воздуха
+6. Облачность 10 баллов, температура
воды +2, баррометр ровный.
23.35  встали на якорь (опасно, отдельные льдины, туман, ночь. Глубина под килем 5 м.
Стало вечереть, погода почти штиль, вода медленно поднимается, вот уже под поверхностью ее скрылся нами воткнутый колышек и вот наконец "Маленьки" на
самом малом ходу выходит из речки. Глубина постоянно увеличивается, и мы берем курс вдоль берега в Андерму. Вечер выдался туманный и мы идем не очень далеко
от берега в трех-пяти кабельтовых проходим дома и балки на берегу. Видим на косе костер, Андерма близко и присутствие людей уже ощущается более ясно.
Вскоре стало темно в добавок ко всему стали появляться отдельные льдины и пройдя всего около тридцати миль мы встаем на якорь.
Туман с утра стал еще плотней, но с рассвета мы продолжаем движение. Льдины уже не встречаются, но точно из-за тумана определить расстояние до берега не
возможно и мы идем пятиметровой изобате. Берег то появляется, то исчезает в тумане. Появились скалы, и мы отходим подальше от берега. По времени Амдерма уже где-то здесь, но ее еще не видно. Вдруг корпус судна сотрясает удар, а потом скрежет проходит по килю. На эхолоте глубина ноль, все же наскочили на камни
как осторожно не крались. Слава Богу, что пронесло, нет пробоин и сошли с них сразу. Идем с большой осторожностью, взяв дальше от берега.
Выдержка из судового журнала от 11.09.99.г.
07.30   имеем ход КК 270, температура воздуха +3,
ветер СВ 2-3 м/с, туман, видимость от 0 до 3 кабельтовых.
11.00   швартовка в порту Амдерма.

Выхожу на палубу, смотрю в бинокль, и что это стоит на берегу? Дома и емкости, и два мола уходят в море. Ищем вход в порт, вызываю порт по радио не
отвечают, ввиду того, что не до молов не после них нет причальных сооружений, идем между молами в надежде встать к берегу и пешком найти где порт с его
кранами, теплоходами, складами. Канал плавно поворачивает вправо, и мы видим пришвартованные к стенке баржи и одинокий обшарпанный буксир, около которого мы и встаем к стенке. С буксира за швартовкой наблюдает мужчина. Подходим к нему, уточняем что где. "Да, это Андерма. Капитан порта там"- и все. Собираюсь к
командиру порта, умываюсь, но тут меня зовут на палубу, пришел он сам. Мужчина лет сорока, очень плотный, коротко подстриженный, улыбается. Сообщил, что
пограннаряд уже выехал. Показал куда встать под береговое питание. Из разговоров с ним узнали, что сегодня приходит еще один теплоход несколько больше нашего "Вера Мухина". Умывание не заняло много времени. Вода морская, мыло не мылится, да и пограннаряд уже на борту. Проверка документов и рассказ откуда и
куда длились десять минут. Уехав наряд обещал, что к вечеру появится снова.
Сели обедать чем Бог послал , а в отличии от героев   Двенадцати стульев  наш  обед более чем скромен, но это те испытания духа и плоти которые нам послал
Господь. Пришлось обсудить те проблемы, что есть у нас. Решили звонить в Якутск друзьям с просьбой о помощи, что в этот же день и сделали. Вскоре подошел
теплоход "Вера Мухина" и на причале началось столпотворение, собрались все представители получателей грузов. К "Маленькому" подходят практически все,
интересуются кто, куда постоянно то Артемьевна, то Серега или ваш слуга даем импровизированное интервью. Стало темно, гостей стали приглашать в кубрик.
Откуда-то появилась на столе бутылка. В общем как всегда разговор, выпивка, сигареты. Собственно, за один вечер мы познакомились с десятой частью живущих в
Амдерме.
Амдерма в переводе с ненецкого "тюленье лежбище". Амдерма - Амдерма про тебя слагали песни и какой ты предстала перед нашими глазами. Тут, пожалуй, уместно
вспомнить какой ты была. На отлогом склоне сопки ступенями раскинулись твои дома. Старые деревянные в два этажа с которых все начиналось в низу ближе к
порту, а вверх трех-четырехэтажные. И жило здесь до десяти тысяч человек. Большая школа по три - четыре класса от первого до десятого учились в три смены
и школяры весь день сновали по улицам. Детские сады, ясли, где весь день у крыльца коляски и санки дожидались своих пассажиров. Клуб "Моряк" гостеприимно
открывал, как и его собратья двери. А офицеры, ох какие были офицеры. На молоденьких лейтенантов - летчиков заглядывались десятиклассницы, и по первому, а
может быть по второму приглашению с ними шли в "Дом офицеров" на танцы. В общем Амдерма, можно было тебе позавидовать, хоть никогда ты не имела парков и
садами не славилась, а славна ты была своими людьми.
Нам же ты предстала другой. Выбитые окна в домах, вырванные с косяками двери. Ушли воинские части, бросили имущество и не просто бросили, а к сожалению, по
варварски. Стоят брошенные автомобили с побитыми стеклами, с разукомплектованными двигателями, дизельные электростанции, локационные установки с разбитой
аппаратурой, новые обернутые промасленной бумагой локаторы, склады полны радиоламп специального назначения, а сколько денег стоят сотни километров
всевозможных кабелей, протянутых по тундре во все мыслимые направления. Лежат сиротливым штабелем подвесные баки для истребителей, новые, упакованные в
ящики и место нашлось им подобающее в куче металлолома. А брошенные горючие сотни бочек всевозможного масла, дизельное топливо, разлитое по тундре. Страшно
подумать сколько имущества, а точней денег бездумно брошено гнить в морском климате Амдермы.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #10 : 26 Октябрь 2017, 15:42:30 »
Наблюдал я там такую картину: двое мужчин при помощи лома и какой-то матери разбирают новый, подчеркиваю новый, трансформатор. На вопрос: "Зачем?" Ответ:
"Там медь." Оказывается, из Воркуты по зиме на вездеходах приезжают коммерсанты и принимают по пятнадцать рублей за килограмм медь, а люди не получая
заработную плату по году вынуждены, что вынуждены мы видели. На резонный вопрос не жалко ли ломать новую вещь, старший зло выругался и опять взялся за лом.
Через пару минут, остудив свой пыл объяснил, что сам электрик и конечно жалко, но кто пожалеет его детей, которые не выезжали из Амдермы уже пять лет и
фрукты видят лишь на прилавке в коммерческом магазине. Вот так люди и живут. В городе осталось всего около восемьсот жителей, да и как могло остаться
больше, если отсутствует промышленность. Те, кто еще живет, обеспечивают просто жизнедеятельность самим себе и все к сожалению, собираются уезжать, а Россия
рискует потерять один из своих оплотов в Арктике. Наверное, самое рациональное с экономической точки зрения было бы решение вывести всех оставшихся
жителей и закрыть город, но увы завозят снабжение, гонят танкеры с топливом. Одним словом, агония.
Агония коснулась и метеослужбы, закрыто Амдермское управление, в котором осталось только десять полярных станций из тридцати. Практически не работает
Амдермский аэропорт, способный принять все типы летательных аппаратов.
В администрации города познакомились с главой администрации - Федоровой Татьяной Васильевной. Еще молодая, но очень уставшая женщина, да и не
мудрено, если весь этот развал лежит на ее хрупких плечах. Рассказали ей об экспедиции, показали маршрут по карте и глаза бывшего комсомольского работника
засветились юношеским задором, Татьяна Васильевна сразу как-то ожила, хоть и слушала нас в пол-уха, постоянно звоня то в Архангельск, то в Нарьян-Мар.
Помощь администрации девятьсот рублей вывела нас из кризиса и дало возможность организовать питание.
Вечерами "Маленький" превратился в место паломничества. Приходили молодые офицеры интересовались экспедицией, приносили с собой материальную помощь-
всевозможные консервы, а самое главное для членов экипажа появилось возможность общения, все-же пока шли друг от друга успели устать. Пока разгружался теплоход "Вера Мухина", на котором завезли все снабжение города на год, мы занимались переборкой главного двигателя, который удалось собрать только благодаря помощи местных жителей. Капитан порта Молотов Вячеслав Михайлович, принявший самое активное участие в наших проблемах, постоянно подсказывал нам по каким затруднениям к кому обратиться.
Ну вот судно готово к отходу, и я отправляюсь к коменданту погранзаставы подполковнику Стэнэло Василию Сафроновичу надо получить разрешение на дальнейшее
наше движение в погранзоне. Первое наше знакомство особого энтузиазма у коменданта не вызвало, "нарушители". На заставе, куда я пришел в ожидании увидеть
тот же бардак, каким заражена вся Амдерма, порядок и без разрешения часового далие ворот не пройдешь. В кабинете Василия Сафроновича, разложив на столе
карту России, я рассказывал о маршруте. Показывал наш путь и чем дольше я говорил, тем больше заинтересованных слушателей имел в глазах коменданта и
командира заставы.
Вечером был приглашен домой к Василию Сафроновичу, где за дружеским ужином долго говорили за неустроенность жизни. Провожая меня, Сафроныч выгреб из шкафов
банки с всевозможными консервами. И вот мы готовы покинуть Амдерму. Которая была богата своими людьми и своего богатства не растеряла, не смотря на все
превратности нашего не устроенного времени. Кто мы для Амдермы, путники. Которые скоро уйдут за морской горизонт и что двигало Дроздовым Валерием
Михайловичем, приславшим нам новый аккумулятор аж из Нарьян-Мара. Двигала наверняка не жалость к нам голодным путникам с кучей проблем, а желание быть
сопричастным к нашей экспедиции.
Выдержка из судового журнала от 29.09.99 г.
04.20   отход из г. Амдерма, КК 295, температура
воздуха +3 градуса, ветер ЮВ 5-8 м/с, ясно, барометр плавно растет.
09.30   прошли м.Канин, о. Вайгач, КК 200, ветер ЮВ 5-8, туман, облачность 10 баллов, временами дождь.
14.00   прошли мыс Выходной, КК 265, температура воздуха +7, ветер В 8-10 м/с, облачность 10 баллов, обложной дождь, волнение 2-3 балла.
23.00   стали на якорь у о.Матвеев, глубина под килем 10 м, ветер Ю 18-20 м/с, волнение 5 баллов, огни маяка не наблюдаются.

"Маленький" малым ходом выходит из порта Амдерма и постепенно набирая ход устремляется на запад к проливу Югорский Шар. Устремились, сказано слишком, но
шести узловой ход, это шесть миль каждый час, а до Беломорска около 600 миль. Значит всего четверо суток хода, но одному Богу известно сколько дней пути.
Обойдя с севера остров Местный и держась подальше от материка через несколько часов хода пройдя, остров Соколей входим в пролив Югорский-Шар. Мерная качка
сменяется дождем и туманом, которые временами скрывают от нас берега. Где-то здесь на берегу стоит символический знак границы Азия - Европа. Он по описанию
не большой и мы его не видим, но все же ощущения незабываемые, за кормой "Маленького" осталось целое географическое понятие Азия, на носу Европа отдельный мир даже у нас в России. Хоть мы и говорим, что мы Евроазиатская страна, но существенная разница между Востоком и Западом заметна и у нас, да и не мудрено если для многих Москва кончается за Садовым кольцом, а Россия за кольцевой дорогой. А что тогда говорить о границе Европы, Уральских горах, какая граница
проходит для многих там сколько интересного в нашей истории связано с проливом и островом, входящим в Ново-Земельский архипелаг, да и не только нашей
историей. Первый русский путешественник, посетивший архипелаг Новую Землю с научными целями был Размыслов, в 1768 году. Литке посетил архипелаг в 1820
году В проливе Югорский Шар, 30 июля 1893 года Фритьоф Нансен в селение Хобарова принял на борт уголь и собак, доставленных Эдуардом Васильевичем Толлем из
сибирского селения Березово. Капитаном Фрама был опытный полярный моряк Отто Свердруп, и уже в конце сентября судно легло в ледовый дрейф севернее
Новосибирских островов.
В 1901 году на острове Вайгач работал Георгий Яковлевич Седов. Остров дал имя знаменитому ледоколу, принявшему участие в гидрографической экспедиции в
1910-15 гг., через Арктику с востока на запад, принесший бесценный научный материал.
25 июля 1918 года Роал Амундсен на судне Мод прошел пролив Югорский Шар, где, по-видимому, в селении Хобарово, взял на борт радиста Олонкина, а
1 сентября был уже на Диксоне. После чего, 9 сентября, миновав мыс Челюскин, где и зазимовал. Лишь в июле 1920 года судно смогло дойти до Нома.
Летом 1921 года Визе на географическом судне Таймыр в роли руководителя океанографического  отряда занимался океанологической съемкой
юго-западной части Карского моря.
Пахтусов, боцманский сын, воспитанник военно-сиротского приюта, нанес на карту восточное побережье Новой Земли. Определить с точностью год
открытия этого огромного острова, по-видимому, невозможно. Но есть предположение, что это было в 10 веке, во времена заселения Двины.
.
В мае 1901 года Владимир Русанов изучал Печерский край сделал достаточно детальное описания быта, нравов и экономики народа коми. А в1907-1911 годах
изучал Новую Землю на маленькой шхуне   Дмитрий Солунский. При этом пишет статьи и читает лекции на тему Сквозное плавание между Архангельском и Сибирью
через Ледовый океан, и пишет более известный труд   К вопросу о Северном морском пути.
После исследования Шпицбергена Русанов принял решение идти на сквозной проход Северного Морского пути на парусно-моторном судне Геркулес с
одиннадцатью человеками экипажа. 18 августа 1912 года из пролива Маточкин Шар было отправлено сообщение о намерениях идти на восток и больше их не видели и
никто не знает, как разыгралась очередная трагедия Арктики. Лишь в 1934 году следы Геркулеса были обнаружены на небольшом острове близ западного
побережья Таймыра.
Но все же мы уже в Европе и оставляя в тумане остров Вайгач берем курс на остром Матвеев, на котором стоит маяк и куда мы должны прийти к 22 часам, а пока
на часах 17 часов и ветер постепенно усиливается до штормового. Юго-восточный шторм кидает "Маленького" с волны на волну, постоянно сбивая с курса,
приходится безостановочно крутить штурвал, чтобы удержать курс. Наступила ночь, время подходит к 22 часам, уже должен быть виден маяк, но увы нет ни огонька, да и глубина под килем достаточно ровная. Отпускаю всех отдыхать. Спать ни у кого правда не получается, через полчаса глубина под килем уменьшилась
до десяти метров, и в пяти кабельтовых с трудом различили обрывистый берег, любые маневры около скалистого острова в условиях пониженной видимости
безумство и мы встаем на якорь. Ночь беспокойная, судно качает, рядом скалистый берег, какой сон. Наконец рассвело и вот остров, вот маяк, все верно.
Пережидая шторм, заходим в небольшую бухту у маяка, высаживаемся на берег за пресной водой и осмотреть строения, расположенные у маяка. С воды дома
кажутся жилыми, но это только с воды. Выбитые окна, разрушенные печи и запустения вот что мы увидели на острове. Поднялись на маяк, думая, что из строя
вышли лампочки, но там не оказалось даже оптического прибора. В общем есть только собранное из чугунных сегментов маяк, у подножия которого сиротливо стоит
радиоизотопный источник с блоком аккумуляторов.
Выдержка из судового журнала от 01.10 99г.
15.30   лодкой завезли с берега 20 л пресной воды
17.15   снялись с якоря, малым ходом вышли
из бухты о.Матвеева. следуем КК 265.Ветер Ю 5-7 м/с
волнение 1-2 балла, температура воздуха 6 градусов,
температура забортной воды 5, облачность 10 баллов,
дымка, видимость до 5 миль.
23.00   видим огни плавучей нефтедобывающей
платформы 30т градусов право по борту.



Вечером вторых суток выходим из бухты и берем курс на мыс "Русский Заворот". Море с вечера не спокойное, волнение два-три балла. Ночью утихло. Около 23
часов правее курса, открылись огни. По словам коменданта Амдермы, где-то здесь должна быть плавучая платформа, к ней мы не подходим, сохраняя курс.
Выхожу ночью на палубу и что вижу, за судном светящийся кильваторный след, состоящий из миллиардов отдельных огоньков, голубоватый цвет с нежно зеленым
отливом. Зрелище незабываемое. Выдержка из судового журнала от 902.10.99 г.
06.00   КК 265, видимость до 5 кабельтовых,
туман, ветер ЮЗ 5-7 м/с.
13.05   КК 250, глубина под килем 8 м.
15.03   прошли маяк и полярную станцию Хордовариха, барометр резко падает.
22.00   встали на глубину 5 м, в районе м.Колаколовский.
Дождь, температура воздуха +8 градусов, ветер З 3-5 м/с,
Барометр резко падает.

Утро. Море утихло, почти штиль, только остаточная волна покачивает "Маленький", идем в плотном тумане. Туман очень плотный, видимость меньше пяти
кабельтовых. Постепенно глубина под килем начала падать и в 14:30 по левому борту открылся берег, вот и мыс "Русский Заворот". Идем вдоль берега на запад
и через час видим маяк и полярную станцию Ходовариха. Стоит конический деревянный маяк, вертикально обшитый досками, несколько домов, людей, ни у маяка, ни на берегу не видим, а вставать к берегу не в наших планах, нет места убежища, нет ни бухты, ни речки. До ночи идем вдоль берега и в 22 часа не увидев огня маяка на мысе Колоколковский, встаем на якорь. Весь вечер идет дождь, который не перестает и ночью, знаем, что где-то рядом берег, но ничего не видно.
Только рассвело и мы почти сразу стали наблюдать берег, снялись с якоря, чтобы через тридцать минут снова встать на него, но уже в губе Колоколовская в
трех-пяти кабельтовых от селения Тапседа. Ветер усилился до штормового и подходит к незнакомому берегу, не зная ни глубины, не высоты прилива опрометчиво.
Тапседа - это несколько домов, разбросанных по мысу Колоколовский, несколько лодок над обрывом и нет никакого маяка, как показано на карте. Одна лодка
лежит у уреза воды, а это значит, что есть люди. Утром на следующий день шторм по-немногу утих и мы подошли к берегу не только за водой, но и с целью
побывать на берегу, где встретили Василия, сторожа рыбучастка. Он один живет в Танседе, уже три месяца, и очень соскучился по людям. У Василия выяснили,
что маяк упал лет пятнадцать назад, и никто его не восстанавливает. Поселок брошенный, когда-то были школа, почта, метеостанция, взлетно-посадочная полоса,
а сейчас только на зимнюю путину приезжают человек десять. Пережидая погоду в течение шести дней, помылись в бане, испекли две буханки хлеба, который
впрочем, тут же и съели, постоянно общались с Василием.
Выдержка из судового журнала от 09.10.99г.
07.50 снялись с якоря, выходим из губы
Колоколовская, КК 270, имеем намерения через 23 часа достичь м.Рыбный п-ова Канин Нос.
12.30   прошли северную оконечность о.Сенгейский, КК 270, температура воздуха +4 градуса, ветер 8-10 м/с, облачность 10 баллов.
19.40   вышел из строя реверс-редуктор, волнение 3-4 балла, отдали якорь, вытравили за борт 150 м якорного конца, якорь грунт не берет, глубина под
килем 45 м, ветер Ю 15-18 м/с, волнение до 5 баллов.
Но вот и погода улучшилась, ветер хоть и метров восемь-десять, но юго-восточный и мы, пройдя через прибой на входе в губу вышли в море. Сначала наш путь
пролег вдоль береговой черты. До острова Сенгельский. Ветер не утихает, но и не переходит в штормовой, и мы берем курс на обход полуострова Канин. Скоро за
кормой скрылся берег, и только волны стали окружать наш бот. К 18 часам стало темно, и мы зажгли ходовые огни. В 19:40 поимели проблемы, вышел из строя
реверс-редуктор, а это значит, что судно не имеет хода и отдано на милость волнам. Попытка отдать якорь успеха не принесла, стравили за борт сто пятьдесят
метров якорного каната, но якорь грунт не берет, судно дрейфует со скоростью до трех узлов на норд-вест. Ремонт хоть много времени и не занял, но выполнять
его в качку было более чем сложно. Ветер усилился до штормового, судно кидает с волны на волну, а мы не можем дать ход. Попытки выбрать якорь на борт
успеха не имеют. Решаем оставить эту проблему до утра.
Выдержка из судового журнала от 10.10.99г.
00.30   ремонт реверс-редуктора закончен,
дрейфуем с содранным якорем, скорость дрейфа 3-4 узла к п-ову Канину. Ветер перешел на ЮВ, усилился до 20-25 м/с, временами ливневой дождь. Волнение 6-7
баллов.
09.10   якорь переведен за корму, имеем средний ход, КК 290.Усиление ветра до 25-30 м/с, порывами более 30 м/с, волнение 7-8 баллов.


С рассветом, до девяти часов пробуем выбрать якорь, но безуспешно. Судно кидает с одной пятиметровой волны на другую, крен доходит до сорока пяти градусов
над палубой, летят брызги. Принимаем решение идти с отданным якорем. Волна накатывается на корму, но не заливает бурун рассыпается. Перевод якоря с носа на
корму заняло около часа и наконец имеем ход. Идти по волне большой сложности для нашего судна нет, надо быть только предельно внимательным и удерживать
судно по заданному курсу. Шторм, длившийся весь день, ночью начал потихоньку стихать и к четырем утра стало возможно изменить курс, исправляя штормовой
снос. Всего пять часов потребовалось, чтобы вернуться на намеченный путь, с левого борта появился полуостров Канин. К моменту возвращения на линию
намеченного пути нами был утерян, отданный с кормы якорь (перетерся якорный канат) и теперь на дне Баренцева моря где-то на глубине пятидесяти метров лежит
часть нашего судового имущества. Жалко! Да жалко, но слава Богу, что только с такими минимальными потерями мы прошли этот сложный участок+ Баренцево море
унаследовало имя отважного голландского исследователя В. Баренца, погибшего у северной оконечности Новой земли, в районе мыса Желания. Первые экспедиции по
проходу Северным морским путем в Индию были организованы голландцами в 1594, 1596 и 1597 гг. при участии Вильяма Баренца. Англичане в 1607 году на барке
Добрая Надежда водоизмещением 80 т, под руководством Генри Гудзона делали попытку пройти Северный морской путь, но далее Баренцева моря они не прошли, им
помешали льды.
Карты Норвежского и Баренцева морей впервые составлены в 1569 году известным фламандским географом и картографом Герхардом Меркатором.
Вопрос о том, кто первым обошел Северным Морским путем материка Азия, долгое время почти не дискутировался и не возбуждал сомнения, считалось, что это
совершил в 1878   79 гг. Адольф Норденшельд на пароходах Лена и Вега. В 1878 году Норденшельдская экспедиция, ввиду теплого лета на судне Вега
прошла за 32 дня путь от Нордкапа до устья р.Лена.
Но уже давно известно о походах за Таймыр русских промышленников в 17-18 веках, еще до плавания Великой Северной экспедиции. На острове Фаддея в 1940
году найдены останки русской экспедиции, которые датированы 1619 годом. Так же есть предположение, что россияне появились на берегах Индигирки во времена
Ивана Грозного, а попасть они могли туда, только морским путем. В 17 веке русские ходили далеко в море Баренца и уже посещали Шпицберген до которого
плавание более сложное чем вдоль побережья.
Выдержка из судового журнала от 11.10 1999 г.
00-00   Следуем КК-270. Утерян якорь, отданный с кормы
09-30   На горизонте берег Канинского полуострова
Идем КК-230.
11-30   Подошли к маяку следуем в мили от берега левым бортом.
18-0    Проследовали мыс Канин-нос следуем в Беломорск.
20-0    Ветер Юг 12-15 м/с волнение 2-3 балла, волна короткая идем в режиме штормования. Принято решения укрыться за мысом Канин-нос.
22-00      Встали на якорь в прикрытии мыса Канин-нос глубина 7 метров, вышли на связь с пограничниками.


Северо-восточная часть полуострова Канин, это глинистый обрыв высотой до семидесяти метров, с небольшими участками скалистого грунта. Весь световой день
идем вдоль этого обрывистого берега, где нет или практически нет места возможного укрытия от шторма. Представить на фоне этой первозданной природы парусную
кочу совсем не трудно, здесь где нет возможности укрыться от северного ветра, а на ветер кочи не ходили. Любое судно, выброшенное на берег где, нет пляжа
обречено быть разбитым об обрыв или скалу, и сколько их здесь погибло   одному Богу известно.
Сумерки наступили, как им положено, а "Маленький" только обошел скалистый мыс Канин Нос взял курс в горло Белого моря. Курс то взял, но удержать его при
встречной волне два-три балла более чем сложно приходится постоянно крутить штурвал. Ход сбавили до штормового иначе судно с одной волны на другую просто
прыгает. Проработав в штормовом режиме около трех часов и поняв, что так идти дальше нет смысла, возвращаемся к мысу Канин Нос и после долгого
препирательства с береговой станцией слежения (кто, куда, откуда, под каким флагом, какой груз, почему мы вас не видим и еще десятка два вопросов) встаем
на глубине семи метров на якорь.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #11 : 26 Октябрь 2017, 15:43:26 »
Первым к устью Двины через Белое море в 1553 году пришло судно англичанина Р.Ченслера. В 1565-66гг. в Колу стали прибывать голландские суда. У
голландцев был особый интерес к поиску морского пути в Сибирь. Архангелогородцы хранили секреты и даже арестовали голландца О.Брюнеля как шпиона. Но он смог втереться в доверия к Строгановым и даже побывал в устье Оби. В 1584 году он возглавил экспедицию, которая смогла дойти только до пролива Югорский Шар. Англичане в 1582 году просили разрешения торговать в устьях северных рек и Енисея. На что, естественно, получили отказ, и древняя Мангазея была за короткий срок превращена в крепость. Но уже в 1620 году было вообще запрещено пользоваться морской дорогой в Сибирь, что послужило сигналом к закату процветания Мангазеи.
М.В. Ломоносов составил проект освоения северо-восточного морского прохода и в конце 1773 года передал его на рассмотрение Морской Российских
Флотов Комиссии. В мае 1774 года Екатерина Вторая издала специальный Указ, составленный Ломоносовым, о снаряжении экспедиции: Для пользы мореплавания и
купечества на восток наших верных подданных, за благо избрали мы учинить поиск морского прохода Северным океаном на Камчатку и далее. Секретность была
вызвана политическими соображениями, т.к. экспедиция собиралась сделать новые географические открытия на Севере. Начальником первой русской высокоширотной
экспедиции стал известный мореплаватель Василий Яковлевич Чичагов. В его распоряжение были откомандированы лучшие морские офицеры. Незадолго до своей
кончины М.В. Ломоносов написал: Примерную инструкцию для участников предстоящей экспедиции. Это была научно обоснованная программа широкого географического исследования полярных морей. При этом экспедиция была снабжена новейшими, наиболее совершенными, приборами, специально сконструированными для нее, самим Ломоносовым. К сожалению, в конце 1776 года в виду с финансовыми трудностями, экспедиция прекратила свое существование.
С утра не ласково встретило нас Белое море, низкая облачность, южный ветер, встречное волнение два-три балла. Волна по сравнению с вечером немного
утихла и мы решаемся на переход Канин Нос - Терский берег Кольского полуострова. Весь день идем на юго-юго-запад открытым морем, судно качает на волне и
постоянно сбивает с курса.
На нашем маленьком камбузе командует Наталья Артемьевна. Как она умудряется в шторм накормить нас горячим более чем удивительно. Кастрюля поставленная
на плиту не просто съезжает с конфорки, но и норовит куда-нибудь улететь. Хлеба на боте нет уже несколько суток - приходится печь лепешки, которые, впрочем, быстро приедаются.
Если вспомнить о трудностях, то сезон на патрульном судне, маленьком парусно-моторном боте, трудней, чем плавание до Антарктиды.
А.Ф.Трешников.
Выдержка из судового журнала от 13.10.1999 г.
Резкое падение глубины до 6 метров. Смена курса КК 270
00-15 Глубина выросла до 15 метров КК-220.Ветер Юг 15-18 м/с, сильный дождь, волнение 4-5-баллов
04-00 Двадцать градусов правого борта виден огонь маяка. КК-220
08-00 По правому борту виден берег Кольского полуострова. Ветер Юг 12-15 м/с, волнение до 5 баллов, облачность 8 баллов.
09-20   Смена курса, уходим под прикрытия берега
КК-270.
13-30 Встали на якорь в бухточке у мыса маяка Терско-Оскольский на глубине 8 метров.
21-00    Стоянка на якоре.
Во второй половине дня шторм усилился, нам приходится с большим трудом удерживать прежний курс, до ближайшего берега более пятидесяти миль и нет никакой возможности где-то отстоятся.
Сумерки на ложились на пасмурную погоду - резко стемнело. Шторм усилился и нос судна то взлетает на очередную волну, то резко проваливается вниз. Все плохо закрепленное срывает со штатных мест, на нашем маленьком камбузе страшный хаос. Отдыхать стало невозможно - с большим трудом удается передремать часа полтора. Бог посылает нам очередное испытание и нужно выдержать его с честью. Брызги на окно рубки от дождя и волн создают сплошной поток, порою кажется, что кроме воды и нас на свете более никого не существует.
Около четырех часов утра справа по курсу обнаруживаем огонь маяка - значит в расчетное время выходим к Терскому берегу Кольского полуострова. В виду
того, что подходить к скалистому берегу ночью опасно ложимся на другой курс, оставляя материк по правому борту.
Утро ветреное, едва пробиваются солнечные лучи, волны по-прежнему высоки, справа виден скалистый берег, с особой силой наваливается усталость.
Принимаем решение уйти от шторма в прикрытие берега в районе Терско-Оскольского маяка. В продолжении четырех часов следуем к берегу, который растет на глазах, становится все грозней, все величественней. Волны безжалостно бьют в скалистый обрыв, а он веками безучастно стоит на их пути. На скале находится
маяк и несколько серых строений - единственное, что напоминает о человеке среди царства этих угрюмых природных исполинов. Обходим мыс и обнаруживаем среди
скал маленькую удобную бухту, где и бросаем якорь. Двигатель в работе - необходимо зарядить аккумулятор для работы радиостанции и эхолота.
Пока наводили порядок и принимали пищу на берегу появились вояки - это жаргонное выражение как нельзя лучше соответствует их поведению (требуют скажем не совсем вежливо, чтобы мы немедленно уходили в море). Выслушав мое аргументированное объяснение исчезают. Позднее уже на острове Жигжин нам рассказали причину их не дружелюбного поведения. Два года назад в этой же бухте бросила якорь яхта из Мурманска. На станции слежения яхтсменов приняли их как дорогих гостей. От обедов у гостеприимных хозяев странники обошли строения и в леднике, где по чей-то небрежности не была закрыта дверь, сняли на видимо камеру рыбу и заготовленное мясо, после чего предъявив удостоверения Экологов и оставили акт, оштрафовав    хозяев. Хотя причина негативного отношения к нам понятна, но хочется от сюда сделать два вывода. Первое, если ты инспектор и выполняешь свои функции пользоваться гостеприимством позволительно только по завершению работы, при условии, если тебя пригласят, что еще вопрос. Это простое этическое требование, которому в бытность работы в охотинспекции я всегда старался придерживаться. Ну а второй вывод тот же, по-моему, не сложный
Надо быть предельно вежливым даже тогда, когда тебе этого не очень хочется, путник всегда поведает о тебе другому и пойдет по миру гулять не очень
лицеприятный слух о тебе. Обиды мы на ребят не сохранили, но в назидание всем почти как притчу рассказываем эту историю.
Вечером провели необходимое техническое обслуживание и оставив ночную вахту устало свалились спать. Ночь на удивление выдалась тихая, можно сказать
самая штилевая ночь после выхода из Амдермы. Небо на востоке начинает светлеть, мы снимаемся с якоря и покидаем гостеприимную бухту у маяка
Терско-Оскольского. Скальный берег тянется на всем пути следования до реки Поноя, где в наши планы входит посещение пограничников с целью проинформировать
их о нашем пути, дабы в будущем не иметь проблем.
Выдержка из судового журнала от 14.10.1999 г.
07-0    Снялись с якоря, следуем к реке Поноя.
12-30   Встали в устье реки Поноя к деревянному причалу.
13-20   Отошли от берега следуем курсом в Горло Белого моря КК-210.
19-0    На горизонте наблюдаем маяк на Кольском берегу. Пересекли Северный полярный круг.
20-40   Наблюдаем огни маяка на Зимнем береге. Ветер восток 3-5 м/с. температура 8 градусов, ясно.
На подходах к устью реки в распадках видим низкорослые лиственницы. Вход в речку оборудован створами, берега высокие, имеется небольшой причал, к которому
мы и подходим. Дух запустения витает здесь надо всем: Пристань пришла в негодность, на берегу брошен буксир, домик и колодец обветшали. Набрав колодезной
воды, так никого и не встретив в этом печальном месте отходим и берем курс через Горло Белого моря на Зимний берег.
Погода нам благоприятствует, судно прекрасно держит курс, позади виден огонь маяка, но вот и он пропал в ночной темноте.
Выдержка из судового журнала от15.10 1999 г.
00-30   глубина 30 метров.
02-40   Глубина 20 метров, смена курса КК-235
07-10   Следуем в пяти милях от Зимнего берега, встали на якорь на глубине 12 метров в районе станции слежения, до берега 5 кабельтовых.
15-30   Бункеровка из бочек, всего топлива около 500 литров, отсутствует на судне морская карта на последующий район плавания. Ветер Восток 12-15 м/с
температура 5 градусов, волнение в море 3-4 балла. Стоим в ожидании улучшения погоды.

Около 19 часов второй раз за навигацию и третий раз за экспедицию пересекли Северный Полярный круг - событие знаменательное, сам Бог велел отметить, но
увы нечем и все же мы рады. Примечательно Заполярье проводило нас за свои приделы своеобразным салютом   Северным сиянием, достаточно ярким и цветным,
первым и последним для нас в Белом море. Вскоре показались огни Зимнего берега, ориентируясь по ним идем остаток ночи и утром встаем на якорь у
Зимнегорской станции слежения. Для следования далее у нас нет карт, кроме карты СССР, идти по ней мягко сказать несколько сложно.
Хотя предприимчивые Новгородцы 800 лет назад были первыми русскими поселенцами на берегах Белого моря. Не имея не каких карт они до моря
добирались по рекам и волокам. А морское побережье осваивали на лодках ушкуях. И вот на берегах моря стали возникать первые промышленные поселения и
стали жителей их называть поморами, то есть живущие по морскому побережью.
Постоянная добыча морского зверя и поиски более добычных мест в скором времени вывело поморов на просторы Студёного моря и где, следуя по
побережью из поколения в поколение передовая друг другу сказки, то есть устное описание, они проникали дальше на восток. И надо полагать, что на пороге 10
века промышленники, через пролив Югорский Шар проникли в Карское море.

Растительность на берегу заметно богаче, появился березняк. Погода как всегда вновь испортилась, северо-восточный ветер гонит белые барашки, температура
резко упала.
Стоим на якоре вторые сутки, море штормит, карты по-прежнему нет, настроение соответствующее. Ветер к вечеру приутих и мы, просчитав все возможные
варианты решили за ночь дойти до Летнего берега, где в поселке Летний Наволок уже и искать карту для дальнейшего плавания до Беломорска.
Выдержка из судового журнала от 17.10.1999 г.
00-0    Следуем в район Летнего берега КК-250. Ветер Северо-Восток 10-12 м/с. Волнение 3 балла. Временами дождь.
04-40   Тридцать градусов по правому борту огонь маяка. Смена курса КК-290
08-0    Обходим мыс Летний Наволок. КК-270
12-0    Встали на якорь в бухточке на глубине 7 метров, на против острова с маяком.
13-30   Вышли на связь со станцией слежения, остров называется Жигжин

Волна в корму, за рубкой непроглядная темень, ни огонька на море и один Бог знает идем ли мы правильно, эхолот показывает большие глубины и
только это нас утешает. Около пяти часов утра далеко по курсу появился импульсный огонь маяка и мы, взяв поправку курса мористее маяка, сбавили ход. На
рассвете определили свое местоположение, то есть получили свою обсервированую точку, слава Богу расчётную - находимся в трех милях от селения Летний
Наволок, но по погоде подойти не имеем возможности - ветер на берег. Идти дальше тоже не представляется возможным, надо искать место укрытия. Остров,
который находится рядом с коренным берегом окружен каменистыми грядами и укрыться за ним не удалось. Приют мы нашли в небольшой бухте южней поселка Летний
Наволок вот здесь совсем рядом берег, но подойти к нему нет не какой возможности дно на подходе сложено из разно калиберных окатанных морем камней, об
которые мы можем повредить не только винт, но и перо руля. Самое доходчивое наглядное пособие лежит не далеко от нас на берегу- выброшенное на берег судно.
Не далеко от прибрежной полосы начинается хвойный лес с преобладанием сосны. Вечером не очень далеко от нас на берег вышел бурый медведь, покопавшись в
прибрежном мусоре, он вскоре скрылся обратно в близлежащем лесу.
Стоянка на якоре в этой мелководной каменистой бухте не имела перспектив, карту взять негде, а рядом на острове поселок и маяк. Выйдя на связь со
станцией слежения, на следующий день переходим к острову мимо каменистых гряд и встаем к небольшому причалу.
Выдержка из судового журнала от 18.10.1999 г.
09-10   Снялись с якоря, следуем к острову, глубина 6-8 метров
10-30   Швартовка к причалу острова Жигжин глубина под килем 2 метра.
20-00        Стоянка у причала острова Жигжин.
Приводим себя в порядок и идем знакомиться с обитателями острова, как оказалось называется он Жигжин. На этом небольшом острове когда-то жило полторы
тысячи человек, была начальная школа на триста ребятишек. Здешний маяк один из старейших в России (построен в 1840 году). Сейчас на нем работает пять
человек. Есть на острове метеостанция, где работают три метеоролога. Существует пост слежения за морскими судами.
Природа острова удивительна: низкорослые сосны, корявые карельские березки, высокие травы. Дикие гуси совсем не боятся людей и свободно гуляют по
поселку, подпуская к себе на пять семь метров. На острове вскопаны огороды на которых выращивают картофель, стоят теплички и парники для более
теплолюбивых растений, по косогорам кусты малины на низком берегу растет брусника, есть и много грибов. Также на острове есть не большой приемный участок
по сбору морской капусты /Ламинарии/, которую собирают на мелководьях вокруг острова и на берегу после шторма. Рыбалка, как нам объяснили, промышленного
значения в этих водах не имеет.
Описывать нашу девятидневную стоянку я не буду, отмечу только, что к кому мы бы не обращались за помощью в решении возникших проблем везде находили
понимания. Островитяне помогли нам топливом, дали возможность снять копию с десятикилометровой карты, испекли нам в дорогу хлеб, поделились картофелем и
консервами. В ответ мы помогли им с ремонтом дизеля на маяке и проконсультировали ремонт дизеля на метеостанции.
Переждав штормовую погоду и решив технические проблемы берем прогноз приливов и в шесть часов утра покидаем уютный причал острова Жигжин, оставляя в
памяти незабываемые встречи с радушными хозяевами этого удивительного острова. Небольшая качка, звездное небо, мерный рокот двигателя, тихая музыка нашего
ветерана магнитофона и не известно где здесь мели+ На имеющейся карте глубин, увы нет.
Выдержка из судового журнала от 27.10.1999 г.
06-23   Отход от причала острова Жигжин.
06-40   КК-240.
09-10   На горизонте видим мыс Летний Орловский. КК-250.
10-02   Тридцать градусов с право по борту видим остров Большая Муксалма. КК-290
12-0    Следуем вдоль острова Соловецкий по изобате пять метров. Штиль, временами плотный туман.
15-10   Швартовка к причалу Кремля острова Соловецкий.
21-00           Стоянка у причала Кремля.
В скором времени рассвело, левей курса открылся мыс Летний Орлов, справа показался остров Муксалма, один из Соловецких островов. Только взяли курс на
него, как упал туман. Глубины резко упали: было тридцать - сорок, стало три - пять метров. Сбавив ход, мы стали медленно подкрадываться к острову Муксалма.
Туман временами исчезал, и мы определялись, временами сгущался и тревожно становилось на душе, но все же, не подходя в плотную к берегу по пяти метровой
изобате мы хотя и медленно, но продолжаем пробираться к мысу Восточный Печак. В скором времени холмистый мыс с красивыми, высокими соснами остался за
кормой. Впереди по курсу открылись два острова, так как наша карта вызывает сомнения, приходится спрашивать о проходе к Кремлю у встречного судна.
Информацию, которою нам любезно предоставляют даёт нам возможность обойти с юга Заяцкие острова, на одном из которых Пётр Великий заложил часовенку славя
Бога за спасения в бурю.  И вот через девять часов хода, от острова Жигжин, мы заходим в гавань Благополучия, которая расположена у стен Соловецкого
Кремля. Швартуемся к причалу около Приображенской гостиницы, в которой во времена Великой Отечественной войны была школа юнг Северного флота, к великому
сожалению еще крепкое здание постройки середины прошлого века стоит в ужасном состоянии. Разрушена крыша выломанные окна и двери сгнили перекрытия между
этажами, но крепко стоят стены из красного кирпича, что вселяет надежду на возможное восстановление этого памятника.
Соловецкий монастырь, в котором порой жило до шестисот монахов, просуществовал с 1436 по 1920 годы. Во время нашего прихода мы застали в обители сорок
монахов, которые поселились здесь с началом перестройки. Эта малая группа подвижников желает возродить былую славу Российской Мекки и дай им Бог удачи в их
нелегком начинании. К большому нашему сожалению у нас не было времени подробно и не спеша осмотреть ни Кремль, построенный зодчим Трифоном Кологривовым в
1582- 1594 годах, ни Успенский собор, воздвигнутый Игнатием Салка в 1552-1557 годах. Мне только удалось поприсутствовать на вечерней службе в надворной
Благовещенской церкви. Помолился - поблагодарил Бога за его заступничество к нам в плавании. На свечу даже денег не было, но что сделать+ Служба поставлена
очень хорошо, насколько я могу об этом судить.
Вечером судно посетил инспектор по маломерному флоту Леонид - посидели, поговорили о жизни, об охоте.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Alexey V.

Оффлайн MADDOCTORАвтор темы

Re: Тикси - Нижний Новгород
« Ответ #12 : 26 Октябрь 2017, 15:44:11 »
Утром Леонид принес нам карту до Беломорска, и мы следом за " Ярославцем" вышли, покидая гавань Благополучия, в море.
06-30   Отход от причала Кремля
08-43   Следуем КК-210.Ветер Север10-12 м/с волнение до 3 балов, облачность низкая рваная 7-8 баллов.
11-25   Прошли остров Жажмуй
12-30   По левому борту остался остров Осинка КК-250
14-38   Прошли входной буй Беломорского порта.
15-30   Встали в берег у ворот шлюза Беломорско-Балтийского канала.
17-10   Отошли от шлюза следуем в рыбный порт.
17-40   Швартовка в рыбном порту города Беломорска.
23-50        Стоянка у причала Карелрыбфлота.
В темноте скрылся Кремль, его прекрасные соборы, дай нам Бог когда-нибудь вновь вернуться на соловецкую землю. Море неспокойно, волна до трех - четырех
баллов, но мы спешим в Беломорск в данных условиях имея на борту надежную карту позволительно идти по незнакомой акватории. По левому борту остаются Заячьи
острова, на которых тоже к сожалению, не удалось побывать.
Пройдя остров Осиновецкий, мы увидели на горизонте высокую мачту телевизионного центра и ориентируясь по ней, приходим прямо к первому входному бую. В обеденное время мы заходим в рыбный порт Карелрыбфлота города Беломорска. И где нас ждало разочарование, жуткое разочарование. Беломорский канал закрыт до первого июня, навигация закончилась, хотя прежде он работал до середины ноября. Постояв перед воротами канала, переходим к причалу Карелрыбфлота и с разрешения капитана порта подключаемся к береговому питанию. Капитан рыбного порта Рудный Александр Васильевич встретил нас очень доброжелательно, расспросил как мы шли, как вообще организовали экспедицию.
Сразу по приходу к стенке причала познакомились с ребятами из Мурманска, приехавшими в Беломорск покупать если повезет не большой тральщик для
рыбалки в водах Кольского залива. Ребята очень сильно интересовались нашими похождениями, а когда узнали, что мы пришли из Тикси без какого либо
финансирования кем либо, переговорив между собой позвали нас к своей машине и стали выгружать из багажника продукты, честно скажу, когда тебе помогают от
души, это не просто не забывается не когда, возникает ответственность перед людьми, которые    тебя окружают начинаешь понимать, что то, что ты делаешь нужно
не только тебе. Обменявшись адресами мы с сожалением расстались с нашими помощниками, надеюсь будущими судовладельцами двумя Сергеями и Саней.  Что такое
счастье- это когда тебя понимают, слова героя фильма   Доживем до понедельника, а ребята нас поняли+.
Стоянка в порту всегда не менее интересна, знакомишься с людьми и узнаешь от них гораздо больше чем из газет о их жизни.  А жизнь в каждом порту
своеобразна. Порт Карелрыбфлота не является исключением- десять лет назад на его акватории было тесно от собственных и прибывших судов, функционировал
большой рефрижераторный цех. В его стенах не только морозили продукцию, но изготовляли все возможные деликатесные консервы. Суда приписанные к этому порту работали не только в Белом море, но и в Атлантике.
К сожалению, современную картину порта нельзя назвать благополучной несколько рыболовных судов подготовленных для разделки на металлолом, десяток
небольших тральщиков, занятых добычей беломорской сельди, разрушенный рефрижераторный цех вот в таком не радостном виде предстал в конце двадцатого века перед нами один из наших отечественных портов. А собственно, чему здесь удивляется - проблемы перевозчиков - это проблемы производителей и, как мне кажется, с началом промышленного роста, резко возрастут перевозки и как следствие благосостояние портов. Порты смогут покупать флот и увеличить добычу море продуктов.

Город Беломорск вытянулся вдоль побережья полукольцом охватывая обширный залив. Городам он стал во времена строительства Беломора-Балтийского канала в
один из самых черных периодов в нашей новейшей истории. До строительства канала в устье каменистой реки и на берегу залива стояло несколько не больших сел.
Хоть и имеются в городе строения до перестроечных времен, но свой сельский уклад он не потерял, буквально за фасадами новых домов чисто сельские постройки и
огороды с теплицами. Многие горожане уделяют достаточно времени морским промыслам, добывая доры моря к своему не богатому столу. С обеспечением работы в Беломорске также трудно, как и везде где нам удалось побывать, почти стоит Лесопромышленный комбинат, а другого производства сравнимого с ним нет.
Но, как и везде, на нашем пути встречаются подвижники своего дела. Владимир Иванович Гаврилов педагог занимается с ребятишками младшего школьного
возраста. Организатор выездных лагерей, походов. Вот и в период нашего пребывания на осенние каникулы Владимир повел своих питомцев по родному краю.
Всегда поражает самоотверженность, с которой наши педагоги при нищей зарплате могут найти в себе душевные силы борется за будущее детей, а значит и за наше
с вами будущее которое принадлежит нашим детям.
Первого ноября с судна по домам отправились Наталия Артемьевна и Сергей Владимирович, каждый спешит к своим оставленным на навигацию делам. Оставшись
один начинаю подготовку к зимовке, о чем предварительно договариваюсь с зам Генерального Директора Карелрыбфлота Семеновой Галиной Илларионовной и
капитаном порта Рудным Александром Васильевичем. Подготовка собственно много времени не занимает, демонтаж оборудования из рубки и его укладка на зимнее
хранение вот и все. Гораздо дольше приходится ждать крана для подъёма судна на берег. Погода за этот период стала совсем зимней, около причала не редко по
ночам плывет лед, холода догнали наше судно и слава Богу, что у надежного причала. Познакомился в порту с некоторыми экипажами судов, которые занимаются
добычей Беломорской сельди и теперь одним из составляющим моего скромного рациона стала эта не большая, но очень вкусная рыба. С наступлением холодов жить
перебрался на теплоход Палтус, у них в кубрики гораздо теплей, а самое главное есть с кем пообщаться, коротать длинные вечера одному тяжело.
И вот   Маленький на берегу и есть возможность осмотреть корпус после столь долгого и не простого пути. Скулы значительно помяты, это результат
нашего плавания во льдах Карского моря. В остальном подводная часть практически не пострадала. Два дня занимаюсь упаковкой имущества и консервацией
двигателей на зимнее хранение. Закрыв теплоход, на ключ, оставляю его на попечительства Александра Василевича до будущей навигации.
Подводя итоги экспедиции можно сказать очень много и об условиях плавания маломерного флота по маршруту нашего прохождения, можно и, наверное, нужно
провести анализ работы нас как судоводителей, особо можно выделить тему взаимно отношений нас и людей которых мы встречали. Но это достаточно глубокие тему
и требуют не только досконального изучения, но и переосмысления многих собственных стереотипов. Пожалуй, стоит с читателем поделится не большими выкладками:
В 1999 году экспедиция проработала с конца апреля по середину ноября, то есть шесть с половиной месяцев. Из них два с половиной месяца подготовки судна в
городе Усть-Илим. Пол месяца стоянки в конечном пункте в городе Беломорск. Три месяца и двенадцать дней судно было в пути, из которых стоянки в портах и в
пути заняли более двух с половиной месяцев. И только двадцать четверо суток судно было в ходу. Возникает резонный вопрос, по чему так много стояли, стоит напомнить экспедиция не кем не финансировалась и в каждом порту или месте станки приходилось изыскивать средства для продолжения пути.
Конечно при условии наличия финансов стоянки в портах были-бы минимальны, но и мотивация в поисках общения с окружающими была бы слабая. Из чего сам собой напрашивается вывод: Низкая материальная обеспеченность экспедиции подтолкнула участников к более деятельному общению с окружающими. Что за
собой повлекло изменение мировоззрения каждого, более углубленное знание общей истории мест посещения, умение внятно выражать собственные мысли, способность
доказывать, когда это требуется свою правоту, привлекать сподвижников, а самое главное быть интересным для окружающих.
Что экспедиция дола окружающим? Очень трудный вопрос, на который все-же придется по-видимому отвечать за окружающих и увильнуть от его не
удастся, чтобы не порождать досужие домыслы и суждения. Но прошу к моему ответу относится с достаточной долей скепсиса и, если это возможно с нисхождением.
Когда экспедиция организовывалась в ее успех не верил практически не кто, это спора не вызывает, прошу принять это как аксиому. Экспедиция в основном
выполнила взятые на себя задачи прошла по путям первопроходцев и это не просто заявления, это документальный факт. Из этого следует, что, ставя перед
собой какую-либо цель пусть даже самою фантастическую, при определенном старании всегда можно достичь. И если это не урок, то я не знаю стоит-ли продолжать рассуждать. Когда собиралась экспедиция многие говорили, что мы встретимся с непониманием окружающих и помогать нам будут только за материальное вознаграждения, это оказалось тоже не совсем так. Искрения помощь и достаточно живой интерес к экспедиции сопровождал нас всю дорогу. Экспедиция дола нам возможность общаться с большим количеством людей и рассказать им об истории заселения русскими первопроходцами Сибири. Чтобы это узнать самому этим надо специально интересоваться, а в непосредственном общении все усваивается гораздо легче тем более не у всех хватит терпения изыскивать не обходимую литературу.
Вот снова за окнами вагона мелькают деревья и лежат сугробы, но уже это не Усть-илимская тайга, и сугробы свежие. Уезжая из Беломорска на зиму, очень
надеюсь следующим летом поднять на Маленьком флаг и если Бог будит благосклонен продолжить свой путь, который пройдет по каналу и рекам центральной России до теплого Черного моря, ну, а если повезет, то и в общем домой в Тикси, но с Востока.
Заканчивая описания, я не могу не выразить благодарность авторам всех публикаций, которыми я воспользовался в независимости вошли их строки в написанное
они мне дали возможность многое переосмыслить.
 
Пользователи, которые поблагодарили этот пост: Дмитрий, Shadows, Alexey V.

 

Поход в Великий Новгород

Автор MADDOCTOR

Ответов: 0
Просмотров: 269
Последний ответ 30 Сентябрь 2017, 08:27:33
от MADDOCTOR